— Ну вот, видишь, как мало понадобилось времени, чтобы ты разочаровался в своих собственных убеждениях. Я всего лишь показал тебе твое слабое место, а ты сразу сдулся и начал сыпать оскорблениями.
— Я тебя не понимаю.
— А что тут понимать? Деление на своих и чужих было всегда. И всегда будет. Нет никакого мы. Есть только промежуточное, временное состояние. Мы полгода служили в одной роте. Но это не означает, что мы стали единым целым. Мы просто жили рядом, жрали из одного котла, подчинялись приказам одного командира и выполняли одну задачу.
— Мне кажется, — осторожно произнес Стивен, — ты ошибаешься. Именно то, что мы служили бок о бок, ели и спали под одной крышей, нас и объединяет.
— А потом закончится контракт и каждый пойдет своей дорогой.
— Никто не запрещает продолжать дружить и помогать друг другу после окончания службы.
— И опять ты за свое. Помощь всегда будет односторонняя. Житель Метрополии станет помогать эмигранту, а не наоборот. Понимаешь? Всегда только в эту сторону и никогда в обратную.
— А если бы ты родился в гетто?
— Но не родился же!
— Это не ответ.
— Каждому — свое.
— Да ни черта подобного! От нас зависит, каким будет мир. От всех вместе и от каждого в отдельности.
— От меня, Стив, давно ни черта не зависит. Живу — как умею.
— От тебя, Костик, зависит очень многое. Правильно сказал Джарваль, мы и новый мир загадим своими испражнениями ума.
— Этот твой Джарваль погубил народу намного больше, чем вся наша рота вместе взятая. Хорошо умничать, когда ты король. А простому штурмовику не до пустых разглагольствований.
— Там, куда мы едем — совершенно пустой мир. Места хватит всем. И жратвы — тоже полно. Оставь свои фашистские убеждения здесь и пойдем со мной.
— Это в Эфиопии, что ли? Африка — мертвый континент.
— Не совсем. Мы едем немножко дальше.
— А тебе-то откуда знать, что там, куда мы едем — Райский сад, молочные реки и кисельные берега? Ты что там уже бывал? Нет. Боюсь тебя разочаровывать, Стив, но мне это очень сильно напоминает сказку про Моисея, который сорок лет водил евреев по пустыне. Ты по карте смотрел расстояние? Триста семьдесят километров всего…
— При чем тут расстояние?
— Да притом, Стивен, что у Моисея была задача не привести евреев в землю обетованную, а заморочить им голову и дождаться, пока вымрут те, кто знал прежнюю — рабскую жизнь. А для нового поколения любая земля покажется Раем. И они будут свободны не просто телом, но и духом.
— То есть ты хочешь сказать, что мы все обречены, потому что родились и выросли в фашистском государстве?
— Именно так и есть! Пойми, Стивен, фашистская идеология не зарождается на пустом месте. И если она появилась и закрепилась в обществе, значит, она в тот момент была для чего-то нужна социуму. Как ты ни старайся, а это дерьмо у нас в крови. И у меня, и у тебя, кстати, тоже. У всех!
— Чушь собачья! Не нужно оправдывать фашизм. Это гнусно и мерзко.
— … а вот следующее поколение будет рождено в других условиях, — продолжил Костя, — и оно будет свободно от наших убеждений и предрассудков. Но у них будут свои заблуждения и свои предубеждения. Может быть, даже такие, что фашизм покажется детским лепетом.
— Ты хочешь сказать, что все твои расистские убеждения — это просто предрассудки?
— Я хочу сказать, что я не обязательно думаю именно то, что говорю вслух. Эксимиализм научил меня «фильтровать базар» и «отвечать за свои слова». Понимаешь? Хочешь выжить, говори только то, что можно. А свои мысли держи при себе. Если тебе, конечно, дорога собственная шкура.
— Ты же не трус?
— Но и не герой. На амбразуру с морковкой в руках не полезу.
— Я надеялся, что мы все-таки найдем общий язык.
— И зря надеялся. Доверять нельзя никому.
— Это потому, Костик, что ты не знаешь ни черта.
— А ты прямо все на свете знаешь. Знайка хренов.
— Я многое знаю. Работа такая.
— Ну и что ты знаешь такого, чего не знаю я? Поделись.
— А ты можешь спокойно выслушать? Я тебе все расскажу. Без утайки. И мне даже наплевать на то, что подписал договор о неразглашении. Больше нет в живых ни Быкова, ни Геймана. Теперь все эти бумажки ни черта не стоят.
Они остановились перед КАМАЗом механиков. На рассказ ушла уйма времени. Костя слушал насупившись и уставив взгляд в одну точку. Асур тоже внимательно прислушивался к разговору, хотя наверняка ничего не понимал.
— Большего бреда я в своей жизни не слышал, — произнес Костя, когда Стивен смолк.
— Это — правда.
— Ты знаешь, Стив…- Костик сделал небольшую паузу, -я думаю, что ты не врешь. Именно потому, что твоя история звучит как бред сумасшедшего.
— Ты мне поможешь?
— Чем? — усмехнулся Костик.
— Хочу прижучить Пауля.
— Зачем? Тебе же Гейман русским языком сказал — оставь его в покое.
— Это не он сказал. Это… артефакт… наверное…
Стивен сбился с мысли и замолк.
— Ну и правильно он сказал. Наша главная задача — добраться до точки назначения и открыть врата для эвакуации людей с Земли. Вот давай на этом и сосредоточимся.
— Я хочу знать, кто виноват в смерти Быкова.
— Ну вот и расследуй, пока едем. А Пауля оставь в покое. В этом вопросе я с Гейманом полностью согласен.
— Пауль — шпион ЦРУ.
