И доклад покровителям, конечно. Григорий не любил эти доклады. Ему всегда казалось, что покровители смотрят на него как на раба, а не как на ценного союзника. Впрочем, они и правда явно стоят выше него.
Пока выше. Его время ещё придёт, и они пожалеют о своём высокомерии.
По щелчку пальцев книжный шкаф раздвоился, и из стены за ним выдвинулось громоздкое устройство из непроницаемо чёрного металла, будто поглощающего свет.
Ну ничего, Григорий всегда умел ждать. По крайней мере, князь Васильев всё ещё пляшет под его дудку. Уж с ним-то точно ничего не может пойти не так, как надо… Он для этого слишком тупой. Хоть и не такой тупой, как о нём все думают.
Особняк князя Аполлона Васильева, наместника Рода Васильевых в Вольске.
Князь Васильев выглядел весьма внушительно. Во всех смыслах этого слова.
Он сидел во главе стола посреди роскошного бального зала с начищенными до зеркального блеска полами, пурпурными тяжёлыми портьерами, рядом изящных колонн вдоль стен. И сам не уступал этому залу в роскоши.
Облачённый в какую-то необычную помесь делового костюма и узорчатого пурпурного халата, князь даже сидя за столом выглядел настоящей глыбой. Руки-ковши, широкие плечи и мощная грудь. Бычья шея, на которой сидит большая прямоугольная голова с парой гладко выбритых подбородков и абсолютно лысая.
И, даже явно страдая от лишнего веса, князь держит спину идеально прямо, сохраняя военную выправку, а смотрит пристально и с открытым вызовом во взгляде. Отнюдь не так, как подобает смотреть круглому дураку. Я бы сказал, смотрит как на пыль под ногами.
Если, конечно, уместно бросать вызов пыли.
— Господа. — обратился он раскатистым басом к своему окружению. — Это кто-то из ваших людей? Могли бы и предупредить о его визите…
Но по смущённым и озадаченным лицам людей, собравшихся вокруг него, сразу стало понятно — они меня тоже не знают… Кроме одного.
Выделившись из общей массы, к Васильеву приблизился невзрачный мужчина в возрасте. Одетый в строгий чёрный костюм, с редкими зализанными волосами и острым маленьким носом, он склонился к уху князя и что-то зашептал.
— Это тот барон… — услышал я не слова, а скорее их мысленное сопровождение, когда сконцентрировал ментальное восприятие на этих двоих. — Тот самый! Неблагонадёжный!
— Что?.. — недоумённо протянул князь, переведя взгляд с застывшего столбом лакея на меня. — А как сюда попал неблагонадёжный?.. Кто его впустил?
В словах Васильева пока не звучало угрозы. Лишь лёгкое удивление и чувство превосходства. Всем видом князь показывал, что он на своей земле и он тут главный.
Лакей беззвучно разевал рот, словно выброшенная на берег рыба, не смея ответить на вопрос господина. Похоже, он уже прощался с этой работой.
Вместо него ответил я. Я отвечал, соблюдая все требования этикета, как подобает барону, встретившемуся с князем:
— Меня привело к вам важное дело, Ваша Светлость. — отвесил я лёгкий поклон, приложив ладонь к сердцу. — Я бы сказал, дело жизни и смерти, иначе я бы вас не побеспокоил…
Говоря это, я уже просчитывал, с чего начать. Явно стоит разобраться с этим плешивым, раз именно он сразу начал шептать против меня и этим себя быстро выдал. С другой стороны, что если он просто информатор при князе? А заговорщик некто иной…
Действовать нужно наверняка. Я собираюсь напрямую вторгнуться в чужое сознание, заставить человека говорить правду против собственной воли. А это для меня сейчас предел возможностей.
На один такой «сеанс» уйдёт весь накопленный резерв, и второго шанса не будет.
Люди, сидящие за столом, настороженно переглянулись. У них явно есть свои дела к князю, и они тоже считают их важными. Но никто не посмел высказаться в полный голос.
Васильев же глядел на меня с любопытством. Таким, как он, обычно очень нравится, когда к ним приходят с важными делами. Когда вверяют им право решить свою судьбу.
— И что же у тебя за дело ко мне, мой… не очень верный вассал? Раз уж ты посмел каким-то образом проникнуть на собрание, на которое не пускают кого попало! Скажи честно, барон, ты подкупил лакея?..
— Собирался, ведь дело моё важно. — изобразил я искренность. — Но, к моему удивлению мне это не понадобилось.
— Не понадобилось?..
— Именно так. Стоило мне подойти к привратнику, как он тут же сделал вид, что узнал меня, и провёл внутрь, направив прямо к вам.
Тяжёлые ладони князя грузно легли на стол. Взгляд из-под мясистых бровей вперился в тощего лакея, и тот затрясся всем телом.
— Это правда? — с угрозой спросил Васильев.
— Это… Я не… Я думал, что… — замялся юноша.
— Значит, правда. И что же стало причиной того, что ты решил потерять место при моём дворе, Богдан?..
Видимо, поражённй тем, что князь даже помнит его имя, лакей застыл, и я сам поспешил взять слово. Особенно, когда увидел, как плешивый снова склоняется к уху господина.
— Боюсь, он не сумеет вам ответить, князь. — вздохнул я. — Слуга стал пешкой в игре сил, враждебных вам, Ваша Светлость. Именно поэтому я здесь.
