–Хорошее было время. Мы наступали, как и сейчас. Вот только людей осталось мало. Иногда мне кажется, что и вовсе Россия обезлюдела из-за этой войны. Кто мог подумать о таком в августе 1914-го? Думали, что через три месяца в Берлине будем и войне конец. А вон как все получилось.
–Революция, – сказал Лабунский.
–Предательство, – сказала София фон Виллов. – Измена присяге не ведет ни к чему хорошему.
–В феврале 17-го я ведь тоже с красным бантом ходил, господа, – сказал Ершов. – Какие слова говорили, и какие надежды были. Республика, демократическое правительство, свобода слова. А вот что вышло. Война, расстрелы, разруха, голод и тиф. Вот вам и вся революция.
–Случилось то, что должно было случиться, – сказала баронесса.
–Кабы знать, прапорщик. Кабы знать. Я ведь просто окопник. Не гвардеец. Покормил вшей два года и мечтал, чтобы поскорее это безумие закончилось. Затем в демократический союз офицеров поступил. А вы, поручик?
–Красного банта не носил. Но сбежать из России после октября 1917 года хотел.
–И почему не сбежали?
–В Ростове в 1918-ом году меня схватили на вокзале.
–Наши? – спросил Ершов.
–Нет. Тогда Ростов был в руках большевиков. Там была так называемая Донская Светская республика. Вот меня и запихнули в тюрьму как контрреволюционера.
–И как выбрались?
–К городу подошли отряды Дроздовского. А нас, группу офицеров, приговорили к расстрелу. Но привести в исполнение не успели. Вот с тех пор я и воюю, господин капитан…
***
Старший адъютант штаба Добровольческого корпуса капитан Гессен встретил поручика Лабунского на маленькой станции, где располагался штабной поезд. В охранении штаба шел бронепоезд «Святая Русь».
–Поручик Лабунский? Мне верно доложили?
–Так точно, господин капитан.
–А с вами баронесса фон Виллов? Искренне рад вам обоим. Вы не представляете, как мне нужны толковые работники в штабе.
–Я признаюсь вам, капитан, не имею опыта в такой работе, – сказала баронесса.
–Поручик Лабунский имеет и возьмет над вами шефство, – сказал Гессен. – Но нет времени на разговоры. Я должен быстро ввести вас в курс дела. Прошу за мной.
В вагоне, где размешались адъютанты, и телеграфисты царила сутолока. Столы были завалены бумагами и лентами телефонограмм.
–Господин капитан, – доложил какой-то поручик. – Сообщение от полковника Нилова.
–Что там?
–Конный полк отступил под натиском красной кавалерии. Нилов остался без поддержки. А они сильно оторвались от наших сил.
Гессен поспешил доложить начальнику штаба корпуса. Он ушёл, оставив Лабунского на попечение офицера штаба.
–Поручик Семеновский, – представился офицер.
–Поручик Лабунский.
–Ах, это вы! Капитан Гессен много говорил про вас. Может быть, вы разгребете эти вот «Авгиевы конюшни». У меня голова идет кругом. Я второй месяц при штабе и жутко все надоело.
–Вы были в действующей армии, поручик? – спросил Лабунский.
–Два года на передовой. Но после отступления осени 1919-го попал в штаб. Сразу после того как на поезд Кутепова в декабре напали красные и порубили офицеров.
–И призвали вас на штабную работу?
–И меня и капитана Гессена из ставки главнокомандующего. И вот мы здесь. Но я уже завтра возвращаюсь в Симферополь. Ждал только вашего приезда.
–Вы отставляете штаб Кутепова?
–Временно. Я отправляюсь за пополнениями. У нас большие потери. Против нас стоит бригада «червонцев». Дерутся как черти. А у нас полки тают как снег на солнце. Но скоро сами все узнаете, поручик. В пехотных полках 1-й дивизии корпуса в авангарде потери – почти половина состава. Пришлось пополнить их пленными красными. Благо их захватили больше пяти тысяч.
–И наши части пополняются пленными красными в такой обстановке?
–А кем прикажете их пополнять? У нас нет резервов. Вот бронедивизион Нилова оказался в окружении. Я вижу на вас дроздовскую форму. Значит, вы знаете полковника Нилова?
–Знаю. Хороший и храбрый офицер.
–Жаль будет такого потерять.
–Нилов сумеет за себя постоять, поручик. Я его слишком хорошо знаю.
–Сила силу ломит, господин поручик.
Капитан Гессен вернулся.
–Уже познакомились, господа? Отлично! Не стоит терять времени. Генерал в ярости. Лично поднимает солдат в атаку. Я представляю каким он вернется в штаб. Вы поручик, знаете подполковника Штерна?
–Знаю.
–Тогда вот вам и первое поручение. Отправляйтесь в штаб Самурского полка. С ними нет связи. Генерал на позициях корниловцев. Требует связи со Штерном. Отвезете пакет!
–Я готов!
–Вы ведь служили в кавалерии?
–В уланском полку на германской войне.
–Вам оседлают коня, и получите десять казаков и хорунжего Скибу в сопровождение. Смеяться над вами казаки не станут?
–В седле держусь хорошо.
–Вот и отлично. А то наши адъютанты в седлах настоящее посмешище. Офицеры, а словно собаки на заборах…
Подполковник Штерн получил сообщение от ординарца третьего батальона.
–Господин подполковник! Третий батальон ушел с позиций на окраинах деревни Марино.
–Как это ушёл? Без моего приказа?
–Дак связи нет, господин подполковник. У нас всех связистов побило.
