– Почему? Очень даже сдаются. И даже потом в нашей армии продолжают войну.
– И как?
– В моем батальоне почти половина бывшие красные. Плохого не скажу – воевали геройски…
***
Дома Петра встретила София и сразу поняла, что отпуску поручика пришел конец.
– Тебя отзывают?
– Да. Через два дня я доложен быть в Симферополе.
– Я еду с тобой.
– София!
– Это не обсуждается.
– Полковник Кальве отбывает завтра! И если ты не сядешь с ним на корабль, то возможно такого шанса больше не будет.
– Но ведь полковник уезжает не навсегда. Он едет с дипломатической миссией.
– Не думаю, что Густав Карлович, когда-нибудь вернется в Россию.
– Наши наступают, Петр. Мы с тобой вчера читали газеты. Положение изменилось. Ты сам принес их в дом.
В газетах Крыма писали о триумфах Русской армии. Армия и флот, по словам Врангеля, блестяще выполнили поставленную задачу.
В области политических отношений, как писали газеты, заключены братские соглашения между правительствами Юга России и правительствами Дона, Кубани, Терека, Астрахани. Налаживаются дружеские связи с Украиной. С Дальнего Востока откликнулся атаман Семёнов, добровольно подчинившийся политическому руководству главного командования как всероссийскому.
– Не думаю, что все обстоит так хорошо, София. Да и не в этом дело. Армия обойдется и без тебя.
– В таком случае она обойдется и без тебя, Пётр.
– София! Я мужчина и я давал присягу. Мы уже обсуждали это много раз.
– И я, по окончании Александровского училища, получив погоны, давала присягу. Потому я еду с тобой. Завтра заберу свои документы из госпиталя, и мы уедем из Севастополя.
Поручик понял, что спорить с баронессой было бесполезно.
– Но меня переводят из контрразведки.
– Куда?
– В штаб Добровольческого корпуса Кутепова.
– В штаб?
– Там я получу назначение.
– В корпусе Кутепова и для меня найдется работа, Пётр. Тем более что корпус наступает. И положение выравнивается.
– Ты думаешь?
– Но наши вышли из Крыма и теснят большевиков. Хоть и я согласна, что наши газеты успехи Русской армии сильно преувеличивают.
– Ты же была в госпитале. Там раненые говорят иное.
– Это было до начала нашего наступления…
***
Подполковник Васильев вынужден был откомандировать Лабунского в штаб Добровольческого корпуса Кутепова. Генерал постоянно жаловался на отсутствие дельных адъютантов. Его старший адъютант капитан Гессен не справлялся со всем сам.
– Я неоднократно докладывал вам, генерал, как необходимы мне помощники. Но кого вы выделили в качестве младших адъютантов? Они ничего не умеют, и помощи от них нет. Только мешают. Мне нужен офицер знакомый со штабной работой.
– И где я возьму такого, капитан? Это проблема не только моего корпуса. Бардак везде. Хороших адъютантов нет даже в штабе Русской армии.
– Я узнал, что в Крым прибыл бывший адъютант полковника Кальве поручик Лабунский. Мне сказали, что он отлично справлялся с этой работой.
– Кальве? Это Воронежский военный губернатор?
– Он самый.
– Но Кальве покинул Крым. Насколько я знаю. Кто вам рассказал про этого поручика?
– Старший адъютант Кальве ротмистр Рихман. Ныне Рихман служит в канцелярии Симферополя. Он и рассказал мне про поручика.
– И он ныне в Крыму? Этот поручик? Он не уехал с полковником Кальве?
– Нет. Лабунский здесь.
– Странно, иметь возможность поехать в Париж и остаться в Крыму. И где он сейчас служит?
– В распоряжении начальника контрразведки подполковника Васильева. И вы, генерал, можете добиться его перевода к нам. Для вас это легко.
– Кто этот поручик по происхождению?
– Дворянин.
– Где служит ранее?
– В прошлом офицер лейб-гвардии уланского полка.
– Вот как? – Кутепов знал этот полк. – И давно он на войне?
– На войне с 1914 года. Служил под началом Кальве на германском фронте. С весны 1918-го года в Дроздовской дивизии. Был командиром роты в Самурском полку в батальоне Штерна.
– Штерн? Подполковник? Это нынешний командир Самурского полка?
– Так точно, ваше превосходительство.
– И что говорит подполковник про поручика? Вы это выяснили?
– Так точно, господин генерал. Штерн характеризует Лабунского положительно. В нынешних условиях лучшего нам не найти.
– Хорошо, капитан! Я добьюсь его перевода в штаб Добровольческого корпуса под ваше начало…
***
Лабунский по прибытии в военную канцелярию сразу получил назначение в штаб Добровольческого корпуса.
– И вы опоздали поручик. Вам уже два дня как надлежало прибыть к новому месту службы.
– Я прибыл сразу, как получил приказ.
–Вот вам новое предписание, господин поручик. И не задерживайтесь в Симферополе.
–Я должен уладить свои дела по прошлому месту службы и доложить своему начальнику подполковнику Васильеву.
–У вас на это только один день! Завтра вы должны убыть из Симферополя!
–Как прикажете, господин полковник. Насколько я понял, мой начальник уже знает?
–Подполковник Васильев? Знает! Вы ведь опоздали.
–Не своей вине, господин полковник.
–Так поторопитесь теперь. А то победа случится без вас, поручик…
***
Начальник отделения контрразведки подполковник Васильев объяснил ситуацию Лабунскому.
