Я задумался над ее словами, позволяя тишине затянуться.
— Птичка, птичка… Ты щебечешь без устали, но не забывай свое место на ветке. — я бросил на нее короткий взгляд и захлопнул дверь, оставив ее в моей квартире на произвол судьбы.
Мой внутренний голос, голос ее друга, рассуждал, что я должен позволить ей делать то, что она хочет. Но шёпот жнеца во мне слишком хорошо знал, что я бы предпочел провести эту ночь в борделе напротив.
Тем временем на кухне, Эльвира, прислонившись к шкафу, медленно сползала на пол.
Где же была ее ветка?..
"Явно не на том же дереве, что и твоя, милый Эскар." — язвительно заметил голос внутри нее.
Сандрина Лорелей
Я ожидала его в карете. За окном не переставая лил дождь, капли плясали на оконном стекле, отражая царившее внутри меня смятение. Я дрожала не от прохлады, а от прикосновения, оставившего неизгладимый след на моей коже.
Прошло много лет с тех пор, как кто-то осмелился нарушить крепость вокруг меня…
Воспоминания о его прикосновении не давали покоя, неотступно преследуя мысли. Я действовала под влиянием импульса, сердце побудило меня протянуть руку навстречу — простой жест, который многое перевернул. Когда наши пальцы переплелись, когда глаза наши встретились… Боль и печаль, окутавшие мою душу, передались через нашу мимолетную связь. Он почувствовал все это.
Я смотрела на дождь за окном. Время тянулось бесконечно. Горько-сладкая тоска цеплялась за мои чувства, жажда общения, которая дремала слишком долго. Его общения…
Внезапный хлопок дверьми прервал размышления. Я выглянула в окошко, чтобы разглядеть высокую фигуру, выходящую из таверны.
Это был он… Он выглядел отчего-то потерянным, что контрастировало с его обычной собранностью. Как будто на его плечи свалилась вся тяжесть Дэсмура.
И только я успела заметить его состояние, как рядом с ним появилась молодая женщина. Ее черные кудри каскадом рассыпались по плечам, а готический наряд придавал таинственности.
В голове мелькнуло узнавание, далекое воспоминание вырвалось на поверхность. Не она ли была официанткой в таверне?
Женщина протянула Эскару пальто, в ее улыбке сквозило самодовольством.
Когда официантка приобняла его, во мне неожиданно вспыхнула ревность. Это была первобытная реакция, всплеск собственничества, происхождение которого, я не могла понять.
Но так же быстро, как оно появилось, Эскар отпрянул, отстранившись от нее с видимым раздражением.
Похоже, ему было неприятно такое проявление ее привязанности… Или собственничества?
Наши глаза встретились в тот миг. Мое дыхание перехватило, звук застрял в горле, я задвинула шторку, падая в тень кареты.
Во мраке лунной ночи, под завывание ветра за окном кареты, меня заворожило его присутствие.
Он словно сошел со страниц старого готического романа… Чёрные, пронизывающие насквозь глаза, казалось, хранили в себе все тайны города.
По мере того, как полностью автоматизированная карета набирала ход, ощущение замкнутости становилось все сильнее. Мне хотелось сбежать, вырваться из этого тесного загона.
Я набралась смелости наконец спросить: — …Зачем Вы здесь, мистер Мортес?
Он ответил с наигранной отстраненностью: — Здесь?
— Работаете моим секретарем. Почему Вы решили остаться в поместье?
Это было место, где тайны были погребены глубоко в стенах, а в воздухе висела тяжесть ожиданий. Казалось, мои родственники пытались избавиться от моего присутствия в доме, нанимая для этого целую вереницу секретарей, каждый из которых был более временным, чем предыдущий. Но этот молодой человек превзошёл все мои ожидания, продержавшись в моем обществе целую неделю.
Его ответ только усугубил загадку, окружавшую его.
— Я бы с радостью рассказал тебе, — начал он, по-прежнему озорно улыбаясь. — Но тогда мне бы пришлось заказать твою смерть у одного из жнецов, которых мы сегодня наблюдали.
Слова повисли в воздухе, леденя кровь в моих жилах. Неужели он говорил серьезно?
Собравшись с думами, я попыталась оспорить его дерзость.
— Кто же тебе позволит?
Его одобрительный кивок удивил меня. Он отпил глоток из своей загадочной фляжки.
Как только жидкость коснулась его губ, дикий аромат трав наполнил карету, одурманивая мои чувства.
В этот момент я поняла, в какую игру мы играли. Игра жизни и смерти, где границы размыты, а ставки высоки.
Эскар Мортес, переодетый жнец, решил потанцевать на моей могиле, притворившись моим секретарем забавы ради. И что еще более странно… Я сама готова охотно участвовать в этой мрачной шараде. И пока что он не знает, что я осведомлена о его истинной роли, я должна танцевать этот предсмертный вальс с ним. Пока он вдоволь не наиграется, и не подпишет контракт о моей жатве.
Эскар
Сидя в одиночестве в слабо освещенном гостиничном номере, я достал свой карманный блокнот и откупорил чернильницу фамильного пера. День был насыщен событиями, ведь всего час назад я сопровождал баронессу домой. Однако именно во время уединенной прогулки по Туманному лесу во мне зародилось любопытство.