Советник решил не рисковать, сопроводив девушку в полдень в гостиницу, а не в замок. Там он велел ей дожидаться Ианны, которая вовсю нарушала запрет Адлаира на прогулки в городе. Сам демон только что получил дурные вести от доносчиков, объявивших о смерти колдуна Ковара. Нужно было срочно направить кого-нибудь в Сэххиш и сообщить Идис. К счастью, Каа не сможет воспрепятствовать, а потому вполне реально оформить официальное въездное разрешение в Наймар и выделить средства на должные, совершённые со всеми почестями проводы, на которые мог рассчитывать даже самый обычный простолюдин, почивший весной. Такова традиция.
Немного погодя в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, зашли. Ллея обернулась и увидела похорошевшую высокую ведьму, которая тут же бросилась к девушке, крепко стискивая в объятьях.
— Как же я счастлива! Живая! — Воскликнула она и наконец-то отпустила беспомощную чужеземку. — Что тут было-о-о…
— Что? — Спросила девушка.
— В меня, кажется, сам повелитель мертвецов влюбился! — Как-то уж совсем по-сумасшедшему улыбнулась Ианна. — Чуть ли не поцеловал на глазах у Элиана. Надеюсь, тот непременно передаст Зангу.
— Звучит жутковато… — Сама чужеземка не понимала, кто такие повелители мертвецов или некроманты и представляла что-то уж совсем отвратительное, но у колдуньи горели глаза.
— Давай мы лучше сначала отправимся пообедать, и там заодно поболтаем.
— У меня почти нет денег.
— Глупости. — Категорично ответила ведьма, прерывая всякие возражения. — Я, после возвращения в библиотеку, снова сказочно богата! — Женщина потянула Ллею за рукав, вытаскивая за дверь и таща в направлении того самого заведения, где они встретились с Элианом впервые.
— До пяти, благородные дамы, а дальше только в сопровождении мужчин. — Вежливо напомнил охранник у входа, пропуская их и чуть кланяясь.
— Когда-то мы сидели здесь с генералом. — Тяжело вздохнула ведьма, однако не желая из-за каких-то воспоминаний отказываться от лучшего в Наймаре тушёного с дикими ягодами гуся.
— Значит, мне не одной грустно. — Констатировала Ллея.
Они присели за открытый столик на первом этаже и чужеземка, почти не голодная, попросила лишь морс и пирог с рябиновым воздушным кремом. Зато ведьма заказала блюд столько, что казалось их все было и рослому воину не осилить.
Девушка никак не решалась спросить, но любопытство одолевало её.
— Ианна…
— М?
— Что значит душа, заточённая в Крейн?
Ведьма молча дожевала и прямо посмотрела на девушку, всем своим видом показывая, что разговор ей неприятен, но и проигнорировать эту несчастную тоже не могла.
— Душа, говорят, страдает, но сам ты не почувствуешь ничего кроме пустоты, сопровождающей до конца дней, и её нечем будет заполнить. Так случается с людьми, чей век, впрочем, довольно короткий. Демоны же чувствуют неугасающую тысячелетиями боль, разрывающую на части сердце. Ни тот, ни другой никогда уже не смогут полюбить вновь. История Астрала или наших миров до сих пор не знала ни одной истории со счастливым концом. Вещи, которые скажу, озвучивать вообще-то запрещено, но и генерал, и Каа — случайные дети тех, кто не планировал задерживаться здесь надолго.
— А Элиан?
— Кто его мать — никому не известно. Но поговаривают, Кесса до самой смерти женщины заботился о ней и оберегал.
— Почему же я до сих пор что-то испытываю и к советнику, и к Адлаиру, несмотря на то, что одновременно с тем ненавижу его.
— Я правда не знаю.
— Я боюсь, Ианна.
— Мне тоже было страшно поначалу. — Утешающе ответила ведьма. — Потом проходит. Ты привыкаешь к состоянию покоя, если только вновь не пересекаешься с тем, кто способен его в один момент разрушить. Когда-то, ещё будучи школьницей, я читала древнюю Наймарскую легенду про дикие ягоды Крейна и винодела, содавшего Чёрное вино, случайно заметившего, как демон ломает ветви, в попытках отыскать душу своей возлюбленной, оставшейся на земле после того, как Лерегон вернул его в Астрал, разлучив, ибо в то время подобные связи были вне закона и не поощрялись.
— И он нашел?
— Да, ему это удалось ценою собственной жизни. Женщина же вскоре вышла замуж за другого. Хотя демоны не могут умереть. Пишут, они лишь разлетаются пеплом, потом снова где-то возникая. Самые хитрые меняют личины, об остальных ничего не известно.
Ллея совсем сникла. Но худшее во всём этом было то, что девушка не понимала, из-за кого её душа попадёт в Крейн.
***
К утру заплаканная Идис прибыла в сопровождении генерала, которого отпустил лично Александр, в целом этой парочке покровительствующий. Майиру смерть казалась чем-то естественным. В их клане было не принято лить над усопшими слёзы, и он не знал, как утешить девушку. Колдунья же выросла далеко от родной земли. Для Идис, винившей себя в том, что даже не попрощавшись сбежала, потеря отца стала настоящим горем.
Генерал хладнокровно обрывал тысячи жизней, безжалостно пытал пленников, был часто жесток и равнодушен к проблемам других, но не мог смотреть на страдания одной беззащитной девочки. У него разрывалось сердце.
Мужчина лишь молча крепко прижимал её к себе, нежно гладя по смоляного цвета густым волосам.
