Мне было неясно, были все эти истории выдуманными или основанными на фактах, но это было не важно. Под конец каждой серии я тоже едва не плакала. «Вот, что нам нужно, – думала я. – Кто-то, кто бы понял всю чувствительность и сложность нашего интереса к Луне. Кто-то, кто нашел бы вибрации любви».
В жизни Мими Принс оказалась совершенно не такой, как ее телеперсонаж. Эта Мими Принс была ниже, толще и более резкой. Эта Мими потребовала плату наличными вперед и подпись Кэролайн на десятистраничном контракте, который освобождал «Ясновидение Интернешнл ЛТД» от всей ответственности и не давал никаких гарантий результата.
Кэролайн подписала контракт. Мими Принс закрыла глаза и начала гудеть низким, гулким, жутковатым тоном, как телефонный гудок. Мы сидели в гостиной Кэролайн, Мими и Кэролайн на длинном бирюзовом диване, а я на трехногой деревянной табуретке, которую Беатрис использовала для занятий музыкой. Вещи, принадлежащие Джо и Луне, лежали на кофейном столике: поляроидный снимок, смятый чек из отеля «Бетси», резинка для волос с запутавшимся в ней длинным черным волосом. В одной руке Мими держала бархатную коробочку с кольцом, другую прижимала к сердцу.
Я была взвинчена, мне было неуютно. Одно из окон было приоткрыто, и легчайший ветерок слегка шевелил занавески. Я следила за их движением, думая, что этот явный знак, показатель усилий Мими – таких же сильных, как перепады в ее гудении – непременно принесет плоды.
Мы сидели так очень долго. Гудение продолжалось лишь с краткими перерывами на вдох-выдох Мими.
Затем, спустя сорок пять минут, Мими затихла. И открыла глаза.
– След остыл, – объявила она. – Ни вибраций, ни голосов. Обычно это означает, что объект мертв.
– Что? – спросила я.
Я почувствовала, что холодею, ощущение появилось у меня где-то в позвоночнике и распространилось дальше, в грудь, конечности и до кончиков пальцев. Луна не могла умереть.
– Это не всегда получается, милочка, – сказала Мими хорошо отрепетированным, успокаивающим голосом, похлопывая по руке сперва меня, а затем Кэролайн.
– Так это все? – спросила Кэролайн.
– Да, дорогая, боюсь, что так. – И Мими Принс, поглядев на часы, заявила, что уже опаздывает на следующую встречу.
Кэролайн, не сказав ни слова, провела ее к двери. Вернувшись, она сказала:
– Ну, Фиона, мы попробовали твой метод. А теперь давай подойдем к делу серьезно. Мы нанимаем частного детектива. Все. Точка.
Кэролайн стала ходить по комнате, наводя порядок быстрыми, ловкими движениями. Сложить одеяло, поднять с полу куклу, бросить в мусор старый журнал. Сегодня на ней были бледно-голубой пуловер и джинсовая юбка до коленей, волосы убраны в аккуратный пучок. Она казалась собранной во всех отношениях, но я ощущала неуверенность.
Кэролайн остановилась и посмотрела на меня.
– Мы должны отыскать Луну, – сказала она. – Мы должны отдать ей кольцо.
Я кивнула:
– Я найду кого-нибудь, кто действительно поможет нам. Предоставь эту беготню мне.
Кэролайн сложила руки перед собой, обхватив ладонями локти. Я заметила на подоле ее свитера несколько мелких дырочек. Моль.
– Спасибо, – кивнула она. – Я заплачу, я найду денег, но у меня совсем нет времени. Дети…
– Конечно, – сказала я. – Я понимаю.
Я нашла Гэри Лайтфута, частного сыщика, онлайн. У него был гладкий веб-сайт с убедительными благодарными отзывами от значительных, симпатичных клиентов. Сам Гэри тоже был очень привлекателен. На сайте он появлялся в коротком рекламном видео, где, слегка наклонив голову влево, говорил с акцентом, средним между английским и австралийским. Его офис располагался в старом здании красного кирпича с видом на Гранд-Арми-Плазу. Ее выдающаяся арка виднелась из окна его приемной. Секретаря не было. Гэри сам открыл мне дверь.
– Мисс Скиннер? – приподнятые густые брови. Аккуратный костюм, блестящие туфли, сияющие зубы. Провожая меня в офис, он коснулся ладонью моей спины.
Комната была небольшой, но хорошо обставленной. Кожаные кресла. Широкий, солидный стол.
Я два часа рассказывала Гэри Лайтфуту о Луне, несчастном случае с Джо, о своих поездках в Майами. Он понимающе кивал, время от времени задавая вопросы и что-то записывая от руки в желтом блокноте. В офисе пахло чем-то мужским и острым, типа корицы или гвоздики. Его акцент делал каждое произносимое слово значительным и милым.
Насколько меня сбили с толку все эти детали? В тот момент я бы сказала, что вовсе нет. Но потом я поняла, что это было не так. Я больше не вела блог, я ни с кем не спала со времени происшествия с Джо, но мне начинало недоставать этого захватывающего чувства флирта и взаимного притяжения. Задачей Гэри Лайтфута было убедить меня. И он с ней справился.
– Думаю, понадобится месяц или два, – сказал он. – Мне, возможно, придется поездить. Конечно, я обсужу это с вашей сестрой перед тем, как заняться организацией. – Он улыбнулся мне, показав все свои безупречные зубы, и я улыбнулась в ответ.
