Последний романтик полностью

Выйдя, я постояла под каменной аркой, рассматривая скульптуры на ней: крылатая богиня победы, лошадь с колесницей, скачущие вперед. Стояла весна, клумбы были влажными, взрыхленными и пухлыми. Мимо меня автомобили двигались по Флетбуш и авеню Вандербильт, но зеленый край Проспект-парка приглушал шум и запах бензина. В тот день у меня появилось не то чтобы ощущение, что все в порядке, но надежда, что, может быть, порядок когда-нибудь вернется. Спокойная уверенность Гэри Лайтфута, вьющиеся петли его почерка по листу, длинное рычащее Арххх: впервые после смерти Джо я не чувствовала себя раздавленной его отсутствием. Идея Луны словно наполняла меня гелием, и я побежала вниз по ступенькам в метро, домой.

Но Гэри Лайтфут не нашел Луну. После четырех месяцев он объявил, что Луна Эрнандес почти наверняка мертва.

Мы с Кэролайн встретились с ним в его маленьком офисе в Бруклине. Дождь бил в единственное окно Гэри, которое тряслось и постукивало от ветра. Комната казалась меньше и обшарпаннее, чем я помнила.

– Вы почти уверены, что она мертва? – переспросила Кэролайн. Она уже заплатила ему шестнадцать тысяч долларов.

Гэри объяснил, что не нашел никаких следов платежей по кредитной карте, аренды или покупки машины. Поиск в интернете не дал ничего. Последний известный адрес Луны и ее матери ничем не помог, так же как и национальные базы данных.

– Она натурализованная гражданка, но она никогда не получала номер социального страхования, – сказал Гэри. Он не нашел свидетельства о смерти, но это мало что значило. В США умирают тысячи людей каждый год, и никто не идентифицирует их, у них нет близких, которые могли бы их опознать, их тела сжигают, пепел ссыпают в море. – И это только те, кого нашли! – воскликнул Гэри. – Представьте, сколько людей остаются там, где умерли. Эти люди просто исчезают.

Я подумала, что он сказал это слишком уж выразительно.

– Луна пропала без вести, – заключил он, резко махая согнутой в ковшик ладонью.

– Но это мы и так знали, – сказала Кэролайн. – Именно поэтому мы вас и наняли.

Внезапный проблеск солнца ворвался в залитое дождем окно, осветив бумаги и книги на столе Гэри. «Рэймонд Чандлер. "Избранное", – прочла я на одном из корешков. – "Анализ отпечатков пальцев для начинающих"», – на другом. Я почувствовала смутную ответственность за всю эту ситуацию, но это ощущение было слабым и неявным. Гэри сделал лучшее, на что был способен. Стоило только посмотреть на его костюм, белый воротничок и накрахмаленные манжеты рубашки. Послушать его медовый льющийся голос.

– Ну, – пожал плечами Гэри, – мертвая и пропавшая без вести – это примерно одно и то же. Я не волшебник, миссис Даффи.

На улице Кэролайн обернулась на меня. У нас не было зонтов, только пальто. Я дрожала. Дождь прилепил волосы Кэролайн к голове, они потемнели и стекали коричневым потоком ей на плечи и грудь. Ее глаза сверкали.

– Фиона. Что это было? – Она ткнула пальцем в направлении здания Гэри Лайтфута. – Почему ты не нашла никого получше? Это все, что тебя просили сделать. Всего-то. Я просила тебя найти кого-нибудь, кто сможет помочь. Ты все равно больше ничего не делаешь. Ты кое-как ходишь на работу, ты даже больше ничего не пишешь. У тебя полно времени. Я заплатила этому уроду так много денег. Так много! Мы с Натаном с трудом можем себе это позволить. И ради чего? – Она на секунду замолчала, но я даже не успела сформулировать свой ответ. – Ты всегда имеешь какие-то преимущества, всегда используешь меня, – продолжила Кэролайн. – Используешь всех нас, меня, Рене, клянчишь деньги, еду в шикарных ресторанах или просто какую-то помощь. И Джо. Ты и Джо использовала. Почему у тебя нет своей жизни? Почему у тебя нет никаких отношений? Почему ты всегда говоришь, что ненавидишь свою работу, но не ищешь другую? Да, конечно, Фиона, ты младшая, но тебе уже тридцать! У тебя все несерьезно! Все только игра. И зачем ты делала вид, что знаешь, что происходит с Джо? Зачем ты наврала мне в тот день перед его помолвкой? Почему сказала, что он в порядке? Что ему не нужна никакая помощь? Может быть, мы бы с Рене… Может быть, мы помогли бы ему. Может быть…

Кэролайн замолчала. Она потрясла головой и посмотрела на меня сквозь потоки дождя.

– Каро, ну прости… – сказала я. – Я думала…

– Что ты думала, Фиона? Ну что? Что этот детектив симпатичный? Что он может тебя трахнуть?

– Нет. – Я понимала, что Кэролайн расстроена; она была сердита, она не осознавала, что говорит. – Я думала, он сможет нам помочь.

– Этот несуразный придурок?

– Я думала, все может быть нормально.

– Все ненормально. И никогда не будет нормально.

Дождь проникал под мое пальто, тек по плечам и спине. Я ощущала его, как пятно, как плесень.

– Кэролайн… – начала я и остановилась.

Кэролайн в последний раз помотала головой, а потом повернулась и очень быстро пошла от меня по тротуару. Через квартал она поймала такси и нырнула в него.