Мы молча стояли на дороге, полные стыда и горя при мысли о том, что случилось из-за посеянных драконьих зубов. Урок для нас – никогда не сей семян, не зная точно, что из них вырастет! Особенно это верно в отношении дешевых семян, которые иногда вообще не прорастают, в отличие от драконьих зубов. Конечно, Эйч-Оу и Ноэль убивались больше остальных – и правильно.
– Как помешать врагам добраться до Мейдстуона? – спросил Дикки. – Кстати, вы заметили красные повязки на их рукавах? Я не удивлюсь, если тряпки откромсали от мундиров убитых английских солдат.
– Если это древнегреческие воины из рода драконьих зубов, им полагается сражаться друг с другом до смерти, – сказал Ноэль. – По крайней мере, они бы сражались, будь у нас шлем, который можно было бы бросить в их гущу.
Но ни у кого из нас не было шлема, и мы отговорили Эйч-Оу возвращаться и бросать в них свою соломенную шляпу.
Вдруг Денни спросил:
– А нельзя ли поменять местами указатели, чтобы они не нашли дорогу в Мейдстоун?
Освальд понял, что пришло время выказать себя настоящим полководцем.
– Денни, принеси все инструменты, какие есть в твоем сундучке. Дикки, ты тоже сходи с ним, будь хорошим парнем, и не дай ему резануть себя по ногам пилой. – Денни однажды такое проделал, споткнувшись. – Встретимся на перекрестке, где у нас был «Благотворительный бар». Смелость и решительность, и смотрите в оба.
Когда эти двое ушли, мы поспешили к перекрестку, и тут Освальду пришла в голову замечательная мысль. Он так умело распоряжался имеющимися в его распоряжении людскими ресурсами, что вскоре посреди дороги на Мейдстоун появилась доска с надписью «Проезд закрыт. За нарушение – штраф». Чтобы доска не упала, мы подперли ее камнями, взятыми из кучи у дороги.
Вернулись Дикки и Денни, и Дикки, взобравшись на столб, отпилил обе стороны указателя, а после мы их снова прибили, но наоборот: указатель с надписью «В Мейдстоун» направлял в Дувр, а указатель с надписью «В Дувр» – в Мейдстоун. Мы решили оставить свою доску с угрозами в адрес нарушителей на настоящей дороге в Мейдстоун в качестве дополнительной защиты.
Проделав все это, мы немедленно отправились в путь, чтобы предупредить беззащитный Мейдстоун.
Некоторые из нас не хотели брать девочек, но сообщить им об этом было бы невежливо. Тем не менее, по крайней мере одно сердце возрадовалось, когда Дора и Дейзи сказали, что предпочли бы остаться здесь и объяснять путникам, где настоящие дороги.
– Будет ужасно, если бы кто-нибудь спешно поедет покупать свиней или за врачом, а после обнаружит, что попал не туда, куда ехал, – заявила Дора.
Но когда подошло время обеда, эта парочка все-таки ушла домой, поэтому пропустила все дальнейшие события. Такое с ними часто случается – просто какой-то загадочный рок.
Мы оставили Марту присматривать за девочками, а Леди и Пинчера захватили с собой.
День клонился к вечеру, но я помню, что никто не упоминал о пропущенном обеде, хотя, может, и думал о нем. Мы не всегда властны над своими мыслями. Позже мы случайно узнали, что на обед были жареные кролики и смородиновое желе.
Мы шли по двое и пели «Британских гренадеров» и «Солдат королевы», чтобы как можно сильней ощущать себя частью британской армии.
В Колдроне один житель подсказал нам, что англичане стоят по другую сторону холма. Но красного цвета нигде не было видно, хотя мы высматривали его так пристально, словно были свирепыми быками.
Мы завернули за поворот… И вдруг наткнулись на множество солдат, только не в красных мундирах, а в серых с серебром. Солдаты лежали, расстегнув ремни, на поросшей утесником лужайке возле места, где разветвлялись три дороги, и курили трубки и сигареты.
– Это не британцы, – сказала Элис. – Господи, господи! Боюсь, это тоже враги. Ты ведь не сеял зубы дракона еще где-нибудь, Эйч-Оу, милый?
Эйч-Оу уверенно ответил, что не сеял.
– Но, может, там, где мы их посеяли, их взошло гораздо больше, – сказал он. – Скорее всего, они уже разрослись по всей Англии. Я не знаю, сколько людей может вырасти из одного драконьего зуба.
– В любом случае, это я во всем виноват, – вдруг заявил Ноэль. – Я не боюсь!
И он пошел прямиком к ближайшему солдату, который чистил свою трубку травинкой.
– Скажите, пожалуйста, вы враги? – спросил Ноэль.
Солдат ответил:
– Нет, юный командир, мы англичане.
Освальд взял командование на себя, спросив:
– А где генерал?
– У нас закончились генералы, фельдмаршал, – вежливо ответил солдат. – Ни единого на складе не осталось. Майоры не подойдут? Еще есть капитаны по дешевке. Отличные капралы за бесценок. И есть очень хороший полковник – отлично подходит, чтобы ездить на нем верхом.
Освальд не возражает против шуточек, когда для них есть время. Но сейчас времени не было, ни секундочки.
– Вы, кажется, очень легко относитесь к тому, что происходит, – презрительно сказал он.
– Еще как легко, – ответил солдат в сером, посасывая свою трубку, чтобы проверить, раскурится ли она.
– Похоже, вам все равно, войдет враг в Мейдстоун или нет! – с горечью воскликнул Освальд. – Будь я солдатом, я предпочел бы смерть поражению.
Солдат отдал честь.
