Примерную картину происходящего Греф смог себе представить. У него перед глазами снова и снова возникало тело мальчика, насквозь пробитое стрелой. Остроухий убил ребёнка уже просто развлекаясь. Видимо ему хотелось увидеть горе матери, иначе как объяснить именно такой порядок выбора цели. Во всяком случае, других вариантов Греф не видел.
В рассказе женщины, оборотня заинтересовало два момента.
Первое — Крылатые Убийцы каким‑то образом отличали одни человеческие племена от других, знали границы их территорий, и совершали свои налёты, чередуя выбор целей. Это требовало некоторых объяснений, но получить их Греф мог только одним способом: пленив и допросив одного из вражеских воинов. А лучше — одного из золотоволосых магов. И знаний наверняка больше, чем у простых охранников, и удовольствия от допроса тоже.
Второй момент нужно было прояснить немедленно. Греф жаждал узнать, сколько кланов вражеского племени пришло в эти земли, и далеко ли они отсюда. Была у него одна смутная мысль, которую следовало обмозговать, и, если получиться, воплотить в жизнь.
— Язима, другие кланы. Они приходить сюда. Они далеко?
— С нами шли ещё два клана, но где они сейчас я не знаю.
— Где расстаться. Куда уходить другие?
— Отряды разошлись за день до того, как мы нашли подходящее место. Я не знаю, куда сейчас другие кланы.
Греф отпустил женщину. Она немедленно уткнулась подбородком в поджатые колени, обхватила ноги руками и застыла, уперев свой пустой взгляд в одну точку. Всё, теперь от неё ничего не добиться.
Где же её соплеменники? Если подумать, то дальше углубляться на территорию вражеского племени её сородичи не должны. Они и так зашли уже достаточно далеко от своих земель. Не станут так рисковать воины, имея такую обузу, как женщины и дети. Это не поход или набег, когда рядом с тобой только товарищи по оружию, готовые беспрекословно повиноваться приказам и мужественно переносить все тяготы воинского быта. Так что уйти далеко два других клана не могли. Можно поискать их и предложить отомстить за погибших соплеменников. Вот только нужно обеспечить безопасность спасённой женщины, которая, похоже, окончательно погрузилась в прострацию. Сама она в таком состоянии о себе позаботиться не в состоянии.
У Грефа даже рука потянулась к затылку. Та ещё задачка. Будь они сейчас поближе к отряду Лангака, он, пожалуй, рискнул бы доставить женщину туда. В облике зверя это вполне выполнимо. В крайнем случае, связал бы спасённую, во избежание непредвиденных реакций с её стороны. Но, увы — он слишком далеко от развалин неизвестного строения, в которых укрылись его соплеменники. А оставлять её здесь одну тоже опасно. Даже если Крылатые Убийцы и не отыщут беглянку, то вокруг полно хищников. Гораздо проще и милосердней самому лишить её жизни — быстрее и не так мучительно.
Греф снова посмотрел на свою соседку по убежищу. Нет, этого он не сделает. В таком случае он будет мало чем отличаться от тех остроухих уродов, которые убивают детей просто ради развлечения. Людей, по его наблюдениям, и так не слишком много в этом мире, чтобы они ещё и сами убивали друг друга без уважительной на то причины. А он, не взирая ни на что, всё же человек.
Толку от подобного напряжения мозгов было мало. Греф осторожно выглянул из укрытия. Дождь потихоньку успокаивался. Однако вдали всё так же периодически сверкали вспышки молний, после чего гремел гром. Странно как‑то застыл грозовой фронт практически на одном месте. Неестественно. Ну да ладно — пусть у остроухих голова болит по поводу таких выкрутасов погоды. Лично он, как и все прячущиеся в окрестностях люди, любые проблемы Крылатых Убийц только приветствует. Недовольство стихии тоже.
