Осознавать произошедшее он начал через несколько дворов и закоулков, лавируя между какими-то ящиками и ведрами и ловко отмахиваясь от развешенных влажных простыней. Лазарь Платонович бежал впереди – легко и быстро, как спортсмен, лихо перепрыгивая через препятствия.
И лишь через несколько минут Митю постигла запоздалая мысль:
В московских дворах посреди дня было тихо и пусто.
Словно подтверждая Митину догадку, Зубатов на бегу потянулся рукой за пазуху, и сыщик незаметно повторил его движение, проверяя револьвер. Лазарь Платонович, не сбавляя темпа, вытащил кулак с… зажатыми в нем часами на золотой цепочке, откинул крышку.
– Минута до открытия! Как раз успеваем, тут за углом, недалеко уже!
Что там за углом, Самарин спросить не успел, потому что Зубатов уже повернул за этот самый угол и затарабанил кулаками в солидную дверь с табличкой «Закрыто».
Подошедший изнутри мужичок открыл и впустил их внутрь. Митя успел лишь заметить вывеску над входом: трактир «Подкова и плуг».
– Любезный, мы с другом голодны как волки! Не можем терпеть! – прижал руку к сердцу Лазарь Платонович и широко улыбнулся.
Половой окинул гостей проницательным взглядом, оценив платежеспособность по фасону одежды и обуви, и сделал правильный вывод.
– Прошу вас, господа-с, сюда, лучший столик в углу. – Он смахнул полотенцем несуществующие крошки со скатерти. – Изволите-с щей с потрохами? Вчерашние, самые лучшие. Каплунчики-с свежие, судак а-ля норманд. Кулебяку московскую с утра завели, вскорости сготовится…
– Все неси! Каплунчиков, щей, кулебяк, грибы-огурцы, соленья-варенья… Все, что есть, – махнул рукой Зубатов, упав на дубовый стул, устланный волчьей шкурой.
Трактир оказался из добротных – с крепкой мебелью, вышитыми скатертями и разнообразной деревенской утварью, расставленной на многочисленных полках. Купеческий шик по-московски. Подковы имелись в большом количестве – развешенные над каждой притолокой и просто прибитые к стенам. А вот плуг был всего один, в углу. Судя по блеску сошника и лакированному дереву ручек, ни одной борозды в своей жизни он вспахать не успел.
– Сей момент, – поклонился половой. – Из напитков чего изволите-с?
– Водки! Лучшей! Графинчика, пожалуй, хватит. Вы как насчет водочки?
– Мне только кофий. Черный, без сахара, – ответил Митя.
– Сделаем-с. – Половой, взмахнув фартуком, удалился в сторону кухни.
– Я в этой суматохе забыл представиться, – спохватился новый знакомый и протянул руку. – Зубатов Лазарь Платонович, археолог.
– Самарин Дмитрий Александрович, начальник Убойного отдела полиции, – пожал неожиданно мозолистую ладонь Дмитрий. – Полагаю, вы внук Дарьи Васильевны.
– Пра… внук, – неловко запнулся Зубатов.
Половой вернулся бегом и в сопровождении кухонного мальчика. Вдвоем они очень споро начали расставлять на столе тарелки, миски, розетки с закусками. Соленые огурцы, селедка, грузди в сметане, холодец, пирожки, черный хлеб, свежие овощи… Когда стол был заставлен почти полностью, половой ловко налил из запотевшего графинчика хрустальную рюмку, пододвинул к Зубатову, а перед Митей поставил чашку.
Чашка была пузатая и расписная, чайная. К ее боку на блюдце сиротливо прислонился маленький бублик. С маком. Видимо, для оптической компенсации скудости заказа.
– Приятного аппетита, господа-с! Горячие закуски вскорости подам.
Зубатов пододвинул к себе горшочек с холодными щами, снял крышку и вдохнул. Глаза его заблестели.
– Дмитрий Александрович, я понимаю, что нам непременно надо поговорить. Но я действительно до крайности голоден, и если вы не возражаете…
– Прошу вас. – Митя благосклонно улыбнулся. – Не смущайтесь, времени у нас предостаточно.
– Ваше здоровье! – Зубатов опрокинул в себя рюмку, заел щами и подцепил на вилку скользкий белый грибок с прилипшим луковым колечком.
Пока Зубатов ел, у сыщика образовалось время обдумать произошедшее у стряпчего и придумать тактику беседы с новым знакомцем. В то, что Лазарь Платонович помог ему по доброте душевной, Митя не поверил ни на секунду.
Прихлебывая отвратительный кофий, он исподволь разглядывал будущего собеседника. Археолог, значит. Видимо, где-то в южных краях копает – вот откуда густой загар. Такой не за один год приобретается.
Зубатов ел быстро, с аппетитом, но аккуратно. Мите невольно вспомнилось время на фронте. Фельдфебель Ефимов в первый же день дал им наставление:
