Посредник полностью

В ответ однокурсница безутешно разрыдалась. И, горестно всхлипывая, рассказала, что днем случайно увидела предмет обожания в ресторации, где он обедал в укромном углу. И уже хотела было подойти за автографом…

«А он… а он… вдруг в носу поковырял… пальцем!» – захлебываясь от слез, поведала барышня.

«Эм… Ну и что?» – озадаченно брякнул Митя.

В ответ его обозвали бездушным негодяем. Свидание оказалось последним.

Оно и к лучшему. Но кажется, теперь Митя эту барышню немного начал понимать. Не то чтобы маги для него представляли предмет обожания, но всегда казались какими-то сверхлюдьми, что ли. Теми, кто не «ковыряет в носу», ибо это есть удел простых смертных. Пока же выходило совсем наоборот. Может, господин Мортен окажется другим?

Мимо длинного ряда портретов одаренных стариков и старушек Митя прошел с бесстрастным лицом. И с таким же лицом остановился у стола, где сидел все тот же неприметный скучающий магический чиновник. Кажется, только «монстра» за его спиной обрадовалась сыщику и приветственно затрепетала листьями. Хотя этот жест до странности напоминал нервное виляние кошачьей задницы перед прыжком.

– Вам назначено? – как и в тот раз, спросил служащий.

Вместо ответа Митя положил перед ним бланк приглашения. Мужчина кивнул:

– Прошу. Западная башня, первая дверь справа. Лифт самодействующий, ничего нажимать не надо.

Волшебный «Сим-Сим» наконец открылся.

Нажимать в лифте и вправду было нечего – ни кнопок, ни рычагов внутри не имелось. Двери сомкнулись сами, и кабина медленно поехала вверх. Митя успел рассмотреть себя в зеркале, поправить галстук и даже обнаружить в углу возле пола выцарапанную на стене надпись: «Здесь был Вася».

Судя по всему, визит в Магистерий произвел на Васю незабываемое впечатление.

Помещение наверху башни оказалось небольшим – метров пять в диаметре. Митя ожидал почему-то, что здесь будет темно и мрачно, но комната была залита оранжевым светом из большого круглого окна. Солнце клонилось к закату, играя розовыми отблесками на воде Москвы-реки и угловатых куполах Храма Диоса-Покровителя на том берегу.

За потрясающим видом Митя не сразу разглядел хозяина кабинета, который расположился у окна.

– Дмитрий Александрович, проходите! – послышалось оттуда. Голос был сухой, шелестящий, как будто ветер с шуршанием гнал песок по мостовой.

Митя подошел и обнаружил в мягком кресле щеголевато одетого щуплого старичка. Кажется, у магов это называлось парадным облачением. Иссиня-черный бархатный длиннополый кафтан с тяжелым золотым шнуром, жилет, расшитый серебряными рунами, остроносые ботинки с массивными пряжками, толстая цепь на шее… Великолепие костюма лишь подчеркивало, что его владелец невероятно стар. Никакой роскошью не скроешь абсолютную седину, овраги морщин и коричневые пятна на руках и лице.

– Господин Мортен? – Митя подошел ближе и склонил голову.

Вроде и не поклон, но уважение выразил.

– Прошу, – магистр царственно махнул рукой, указывая на кресло напротив.

Сыщик присел, и пирамидальные песочные часы на столе между собеседниками тут же перевернулись. Старичок молчал. Митя тоже.

Если взял паузу – держи ее как можно дольше. Кажется, какая-то английская актриса так говорила в интервью.

Глаза у магистра были прикрыты, а сам он не шевелился. Неужели уснул? Да, продуктивная будет встреча.

– Кажется, наше сотрудничество с самого начала не задалось, – прошелестел наконец голос. – Но в настоящее время Магистерий счел необходимым принять активное участие в этом деле.

– Что же изменилось, позвольте узнать?

– Возникли новые обстоятельства, о которых я не уполномочен сообщить. Но члены Магистерия готовы оказать органам правопорядка надлежащее содействие при условии, что вы как представитель этих органов и невольный выгодоприобретатель некоторых материальных активов упокоившейся магессы Зубатовой сочтете необходимым отклонить непредвиденное обременение в пользу органов, уполномоченных принимать решения и распоряжаться имуществом, представляющим ценность для магически одаренных…

Сухой дождь. Вот что это было.

Шум дождя, как известно, успокаивает, и под него хорошо спится. А Митю буквально засыпало с головой этим убаюкивающим шелестящим тоном. К концу фразы сыщик уже забыл ее начало, а смысл успел потеряться где-то посередине.

Больше всего хотелось ляпнуть в ответ что-то вроде: «А можно повторить по-русски?» Но Митя сдержался. Содействие оказать готовы? Вот и отлично. Остальную словесную шелуху можно отсечь за ненадобностью.

– Могу ли я задать вам прежде несколько вопросов?

– Извольте.

Старичок, казалось, несколько опешил. Это было очень кстати.

– Господин Мортен, вы располагаете сведениями о причастности к убийству Зубатовой конкретного лица или группы лиц?

«Однако канцеляризм чертовски заразен», – задав вопрос, удивился про себя Митя.

– Обстоятельства этого возмутительного происшествия дают нам возможность предполагать, что имел место чей-то злой умысел.