Но по чуть заметному дрожанию его щитов, я мог предположить, как тяжело ему дался этот вопрос. Как без труда догадался и о смысле, который он в него вложил.
Да только ответить ему не мог, но не потому, что не знал ответа. Увидев стоящую неподалеку Леру после двух лет, в течение которых я старался вспоминать о ней как можно реже, я понял, как много сложностей добавил в мою жизнь Тинир, соединив две души. Но вряд ли я сожалел об этом.
— Не в этом, Закираль, — я не стал игнорировать его вопрос. Но не собирался отвечать ему то, чего он от меня ожидал. — Из всех, кто с ней сталкивался, лишь двое смогли до конца понять, с кем имеют дело. Сэнар хоть и догадывается, но до сих пор не может себе признаться в этом. Айлас готов ей поклоняться, как поклоняется мне, и не видит за этим силы, в ней скрытые. Вы же продолжаете лишь произносить: маг Равновесия и носитель его сути, не осознавая, что за этим стоит. Потому и не готовы до конца принять то, что даже ты с Таши, лишь ее бледное подобие. И вместо того, чтобы укрепить в ней уверенность в себе, продолжаете сеять сомнения, пытаясь защитить от всего мира.
Такой отповеди он вряд ли ожидал. Но, что меня порадовало, выслушал не только внимательно, но и вдумываясь в сказанное мною.
— Я сделаю, как ты говоришь, отец.
Сын склонил передо мной голову. И от того, как он это сделал, не теряя достоинства, но отдавая дать уважения, у меня сжалось в груди.
Мы с ним не знали друг друга. Но в этом мире у меня было немного дорогих мне существ, за которых я был готов отдать свою жизнь. И он был среди них.
Но, так же, как и раньше, я не мог показать ему своих чувств. Слишком сложно было то, что нам предстояло. И любая проявленная нами слабость могла стать роковой. А еще более сложным было то, о чем я только начинал догадываться.
— Тогда веди меня, мой ялтар. — Прежде чем застегнуть лицевой платок, позволил я себе улыбнуться.
Он заслужил того, чтобы я это произнес. Заслужил тем, что сумел предугадать то, что я так тщательно скрывал. Тем, что принял мое решение уйти из жизни, отдав Дариану ему во власть. Тем, что достойно правил эти два года, в которых все те проблемы, которые ему пришлось решать, свились в клубок. И тем, что ничем не дал мне понять, какой ценой все это ему досталось.
Генный маркер одной из малоизвестных ветвей рода, о котором помнили еще лишь потому, что в каждом из поколений он давал воина-берсерка, уже был введен в мое тело. Так что теперь уже точно никто не сможет даже предположить мою близость к нынешнему правителю.
Закираль открыл мне один из своих ментальных каналов связи, чтобы я всегда был в курсе того, где он находится, вызвал Ярангира, приказав снять полную защиту с резиденции, и выстроил портал прямо в казармы его личных гвардейцев. Сам же, пожелав мне хоть немного передохнуть, направился на Лилею. Судя по всему, в очередной раз, проигнорировав требования начальника стражи, взять его с собой.
Надо будет тонко намекнуть сыну, что лично я никогда не расставался с Кадинаром. За исключением тех случаев, когда мог доверить задание лишь ему. Много мелочей не замечается тогда, когда ты находишься в их окружении постоянно. Взгляд же со стороны позволяет увидеть неожиданное там, где все кажется уже привычным.
Помещение казармы мне было знакомо. Воины, которые подчинялись только правителю, были и у меня. Правда, я довольно быстро устал с ними возиться, передав их начальнику своей охраны. А с учетом того, что тот был носителем части моей души, я вполне мог считать, что держу все под контролем.
Проверил защиту, не сразу обнаружив ту самую щель в ней, о которой меня предупредил Закираль. С удовлетворением отметив, что для тех, кто не владеет изначальным Хаосом, это приглашение узнать чужие секреты вполне может сыграть роль ловушки. И только после этого протянул нить перехода, настроившись на продолжавшего оставаться со мной связанным Кадинара.
— Я же тебе говорил, — хмыкнул он, появившись из серого тумана. — Личная гвардия — наилучшее прикрытие для нас. Не придерешься. Ялтар Закираль так многим обязан правительнице Лере, что появление новых телохранителей совершенно никого не удивит. А если устроить неудавшееся покушение, то все будет выглядеть, как проницательность или хорошая агентурная работа.
— На турнире, — бросил я спокойно, закрывая портал.
— Она будет участвовать в турнире? — Сэнар пытался не выглядеть изумленным. Но ему это не удалось.
— Закираль попробует подбросить эту идею Олейору. Я хочу, чтобы она вышла на поединки. И твоя задача, Сэнар, чтобы она стала одной из фавориток.
— И зачем тебе нужно, чтобы ее не было в Тариконе? — перебирая в уме возможные варианты, и не зная, на каком из них остановиться, уточнил у меня Кадинар.
Ничуть не смущаясь тем, что я слежу за течением его мысли. Стоило признать, что он был на правильном пути и меня это нисколько не удивляло. Ставший даймоном человек всегда был способен на нестандартный взгляд и весьма нетривиальные решения.
