С каждым произведенным мной ребенком я жертвую собой и создаю себя. Я – синтез различия и повторения, потому что мое повторение, моя повторная беременность – это всегда различение новой жизни. Я с… ребенком… материей… рыбой… кризисом… неудачей… неизвестным… другим… еще-не. Я улавливаю движение нового материализма прямо внутри себя: нежные, близкие отношения с материей, с объектами, определяющими, кем я становлюсь, может быть, даже больше, чем я могу определить их становление, я живу внутри их истории, в то время как они живут внутри меня. Именно это движение, эту связь попыток познать и быть, познания в бытии, я представляю на гордом троне моего таза: генеалогическая, порождающая, гестационная мысль.
Когда я произвожу, я жду. Когда я произвожу другого, я становлюсь. Я – бесконечная отсрочка знакомства с тем, что я ношу в себе, знакомства с материей
Я во множественном числе. Я люблю, потому что я вынашиваю. И я беременна только после мира, только после желания, только после любви.
См. также: Феминистичность; Феминистская постгуманитаристика; Вне-человеческое; Радость (этика радости); Материальная значимость; Материальные феминизмы; Нео/новый материализм; Постгуманистическая критическая теория; Постчеловеческая этика; Плацентарная политика; Постгуманистическая перформативность; Таблетка (постчеловеческая икона); Постчеловеческая сексуальность.
