Следовательно, проистекающая из аффирмативной этики политика не располагает субъективность вдоль противоположных бинарных осей, отделяющих людей от не-людей, культуру от природы, «нас» от «них». Напротив, постчеловеческая субъективность номадична, распределена, реляционна и ориентирована на процесс. Эта онтология процесса, вдохновленная феминистской теорией (Lloyd, 1994) и современными прочтениями Спинозы во французской философии (Deleuze, 1988b; 1992b; Делез, 2018; 2004: 226–233), утверждает доверительные отношения с миром, предоставляя людям и не-людям больше возможностей для взаимодействия. Аффирмативный подход предлагает этическое кодирование, отличающее отношения власти, расширяющие права и возможности – утверждающие или активные, – от отношений, представляющих собой ловушку: отнимающих силу или реактивных. Первые служат наращиванию potentia (позитивного лика власти), а последние играют на стороне potestas (лика подавляющего и ограничивающего). Политически этот подход ассоциируется с онтологической формой пацифизма, в особенности важного для экологической справедливости, экоактивизма и постгуманистической этики.
Для этики радости требуются следующие условия. Во-первых, исходя из того, что власть – это сложная стратегическая ситуация, в которой людям постоянно приходится жить, но вместе с ловушками и разного уровня возможностями, ее лучше понимать как континуум. Это означает, что такие термины, как активное и реактивное, негативное и позитивное, нужно понимать не как диалектические противоположности, а скорее как обсуждаемые и обратимые точки соприкосновения с другими.
Во-вторых, «аффирмативные/позитивные» и «реактивные/негативные» аффекты нужно рассматривать не как эмоциональные состояния в рамках психологии, предполагающей либерального индивида в качестве точки отсчета. С постгуманистической точки зрения аффекты скорее следует понимать как трансверсальные не-человеческие силы и оценивать их стоит по влиянию на мир и субъекта. Этическое поведение – это поведение, которое может раскрыть и прирастить способности к выстраиванию отношений (potentia), а неэтическое – это то, что их ограничивает и им мешает. Этим предполагается, что этическим субъектом движет желание утвердить свою положительную сущность (conatus), жаждущую выразить свою силу и свободу. Иными словами, людей – как и всех живых существ – позитивное притягивает в силу своего устройства, рядом с ним они стараются остаться.
В-третьих, понятие негативного означает не столько нормативную ценность, сколько эффект задержки и преграды, часто возникающий как результат повреждения, шока, акта морального, эпистемического или эмоционального насилия либо вследствие глубокой скуки. Негативные страсти разрушают способность «я» к действию, они вредят его способности вступать в отношения с другими – как с людьми, так и не-людьми, – уменьшая тем самым его связь с миром. В более широком смысле негативные аффекты сокращают способность выразить высокий уровень взаимозависимости, жизненно важную, витальную опору на других, составляющие ключ к аффирмативной или исполненной радости этике.
В-четвертых, этика радости заново определяет упорство и живучесть разрушительных и негативных отношений. Понимая, что не всякие отношения априори позитивны, она проводит этическое различие между, например, аффирмативным столкновением и агрессивным лишением сил и возможностей. Этика радости не отвергает реальность боли, травмы и насилия, скорее она предполагает иной способ обращения с ними. Она предостерегает от смиренной гармонизации конфликтов и предлагает альтернативную структуру работы с различиями, которая не опирается на противоположности в диалектическом смысле, однако допускает антагонизм. Этика радости состоит в том, чтобы уметь видеть разницу, однако признавать ее позитивно, таким образом, чтобы негативное отношение перешло в утвердительный образ действий.
Этика радости не ставит знака равенства между покорностью и условиями настоящего: терпение – это не смирение, а имманентность – это не мистическое принятие того, что все живущее священно. То, что требуется вместо этого, – активная практика коллективного преобразования негативных отношений в положительные и аффирмативные: политический праксис. Кооперация означает активную работу по адекватному пониманию условий, что не равнозначно их поддержке и одобрению. Цель производства адекватной картографии существующих условий состоит в определении точек сопротивления.
