– С адом более-менее понятно: душевные муки – репетиция адских. По аналогии радость и счастье – репетиция райского блаженства. А что испытывают те, кто попадает в это неопределенное пространство – «ни там ни сям»? И кто туда попадает?
– Неопределенные сущности – «ни такие ни сякие».
– Короче, мои будущие соседи – обычные люди, в которых всего намешано. Так?
Он кивнул.
– А в какой последовательности они там размещаются?
– Все зависит от пропорций. Чем чище сущность, тем выше и легче ее вознесение.
– Похоже на многоярусное пространство с чередой фильтров.
– Очень точное сравнение. Некоторые сущности отягощены таким балластом, что не поднимутся выше первого фильтра. И только светлые, беспрепятственно минуя все уровни, воспарят в свободную от суетности и тревог бесконечность.
– В рай – с багажом, в ад – с балластом, – подвела я итог. – А сущности – они там, в кос-мосе?
– Они везде.
– И возле нас тоже?
– Повсюду вокруг.
– И они видят нас?
– И все, что людям недоступно.
– Я всегда подозревала, что с того света на нас смотрят. Хотя мне такое существование кажется каким-то неполноценным – все видеть и ни в чем не принимать участия.
– Они участвуют. Часто говорят: у человека сильный ангел-хранитель. И эта привилегия – хранить и оберегать тех, кого любишь, дана только избранным.
– Ну, понятно, обитателям рая. А удел обитателей ада?
– Видеть страдания близких, мучиться от осознания своей к ним причастности и бессилия им помочь.
– Несчастные… Мало им страданий, так еще и это. Хоть бы какое снисхождение к ним…
– Они не знают, что такое снисхождение – сами ни к кому не проявляли. А для того чтобы получить роль, надо хотя бы раз прочесть текст.
– Страшное все-таки это местечко, лучше держаться от него подальше. А если человек не делал ни добра, ни зла?
– Застрянет на уровне равнодушия.
– Все равно, та жизнь кажется мне какой-то ущербной…
– Отсутствие тягот и болезней, забот о хлебе насущном – ущербно? А быть вездесущей, мгновенно преодолевая пространство и время? А горные вершины, которые так завораживают тебя, – ты сможешь оказаться на любой из них, и уже в следующий миг – на другой. А возможность увидеть всех своих предков, узнать историю своего рода от истока? А познать тайны мироздания и наконец-то постичь бесконечность?
– Дух захватывает от такой перспективы… Кажется, «там» все правильно устроено, не то что «здесь». Я сейчас скажу что-то, что никогда не говорила прежде… даже самой себе, а тебе откроюсь, хоть и понимаю, что после такой исповеди вряд ли и далее смогу рассчитывать на ЕГО благосклонность. Так вот – не нравится мне наше мироустройство. Я-то смогла к нему приспособиться, а у многих не получается. Возможно, и задумка была интересной, и план гениальным… но потом где-то надломилось, и все пошло наперекосяк. Так, может, свернуть и выбросить этот блин комом, неизвестно какой по счету? Я иногда пытаюсь воплотить какой-нибудь кулинарный шедевр Бети: все делаю по ее рецепту, но, испортив энное количество продуктов, понимаю – ничего съедобного из этого не получится. Сама есть не буду, других угощать не стану – и без сожаления все выбрасываю. Может, и наш мир уже пора признать неудавшимся проектом и завершить концом света?
– Все этим и завершится.
– …и, испустив протяжный стон, наша Вселенная замрет навсегда… Интересно, от чего – от инфаркта, инсульта, трагического случая? И вообще, какой он – тот, в ком мы обитаем – мужчина или женщина, молодой или старый…
– А ты как думаешь?
– Не знаю… Ученые утверждают, что наша вселенная расширяется. Значит, этот человек молодой и еще растет. Все время происходят катаклизмы: землетрясения, цунами. Видимо, наша вселенная – человек эмоциональный. Может, тот, в ком мы – подросток с неустойчивой психикой? Мне трудно судить, не имея возможности сравнить.
– Такая возможность у тебя есть.
– ??
– Хочешь ею воспользоваться?
– …Не знаю, что сказать…
– Ответ не в твоем стиле.
– Конечно, хочу, очень! А как? Я вырвусь за пределы нашей вселенной и стану огромной?
– Напротив, ты обрушишься внутрь себя и станешь крохотной.
– Когда?
– Завтра утром. Но необходимо соблюсти одно условие – никто не должен потревожить тебя в это время.
– И сколько я в себе пробуду?
– Месяц или два.
– Куда же я себя дену на месяц? Вдруг меня обнаружат и похоронят заживо?
– Ты забыла? Месяц внутри тебя – всего несколько минут снаружи.
– Да-да, я еще не привыкла к этим соотношениям.
– Тогда до завтра.
– До завтра.
Весь последующий день я находилась в двух измерениях – в реальности и в выдуманных мною ситуациях предстоящего путешествия. «Все равно все будет не так, как ты себе напридумывала», – тормозила я поток воображения.
