Посткарантин полностью

Вебер отрицательно покачал головой. Помолчал долю минуты и ответил:

– Когда‑то думал, что любил. Сначала, когда мы познакомились, я был очарован ей, влюблен – да. Закрывал глаза на все её недостатки. Иногда мне казалось, что она меня просто ненавидит, иногда мне казалось, что я её. Впрочем, после недолгих двух лет брака оказалось, что она всё это время якшалась со своим хахалем. На деньги они меня разводили.

– Какой кошмар…

Я ошалело покачала головой. Вебер пожал плечами.

– Всякое бывает. Любовь зла, полюбишь… Ну, в общем, дальше ты знаешь.

– Знаю, – горько отозвалась я.

Глянув в мою сторону, Вебер снова невесело усмехнулся.

– Что, уже и ты, Машка, несчастную любовь успела пережить?

Я тяжело вздохнула и опустила взгляд.

– Успела.

– Ну, и кто же оказался героем?

Вебер вдруг посмотрел на меня с интересом. Облокотившись на колонну, он рассеянно почесал за ухом прибежавшего Рекса.

Я фыркнула.

– Когда‑то я влюбилась в старшеклассника, который меня отфутболил куда подальше, после того как я призналась ему. После этого не влюблялась вообще. Как‑то отвернуло.

«Пока не встретила тебя, Сашка», – добавила я про себя.

Вебер посмеялся.

– Хочешь, пойду найду его и намылю ему одно место?

Я даже покраснела от удовольствия: вот это да, как Вебер меня защищает!

– Да не, он уже уехал давно отсюда. – Я отмахнулась. – Так что можно забыть о нём.

Мы ещё смеялись и болтали о чём‑то, но уже вскоре солнце красно‑рыжим диском начало клониться к краю леса, и сумерки сгустились над водой. Воздух стал остывать.

Пора домой, пить горячий чай и полдничать. Ах, как же хорошо!

***

Мы перебирались от одного сухого безжизненного дерева к другому, шаг за шагом, не останавливаясь. Ветер страшно завывал, растворяясь в ночной темени. В душе вился страх. Вскоре нам удалось выбраться из леса, разросшегося за дверями подземного города Адвеги. Собаки Вебера прислушивались к каждому шороху, принюхивались, будто бы что‑то искали. Уже минут через пять мы стояли на открытой местности. Вот это да! Слов нет, как красиво вокруг! Страшно, конечно, поджилки трясутся, но красиво – сердце замирает.

Я захлопала глазами, когда невероятный ужас и восхищение салютом взорвались в моей груди: я ведь видела небо над головой! То самое, которое не видела столько долгих лет! Которое так любила и по которому так скучала!

Вот оно, нависло куполом – тёмно‑синее, почти чёрное, с россыпью мерцающих звёзд.

Меня так захватили впечатления, что я даже почти перестала ощущать беспокойство. Теперь я снова видела мой мир.

И что же вокруг?..

Здесь, на открытой местности, на дороге, где мы с Вебером стояли, было намного светлее, чем в лесу. Большая круглая луна светилась бледным пятном в ночных небесах, освещала окрестности, хорошо доступные моему взгляду.

Мы находились посреди серых груд острых камней на выступе высокого холма, под которым, по всей видимости, и находился подземный город. За исключением плато, довольно обширного, развернувшегося внизу, нас окружал почти полностью вымерший лес. Вокруг всё поросло пожухлыми кустиками с маленькими листьями. Тонкие, больные корни растений уродливыми змейками торчали из земли, серебрились в ковре из сухой травы.