Анна вспомнила фурор, произведенный той продажей, состоявшейся практически мгновенно. Она узнала о случившемся, читая «Метро» в автобусе по пути на работу. «Мессенджер» в итоге потерял нескольких ключевых сотрудников, в основном редакторов, которых шокировало отношение к их трансатлантическим коллегам.
– Я уверена, что все не так плохо, как кажется.
– Это ты сейчас так говоришь, но подожди, пока…
– Вы уже слышали? – Тед Бласкевич, несмотря на грузную комплекцию, учуяв скандалы, мог двигаться со скоростью гепарда. – Я
Анна уставилась на начальника охраны, который оперся руками о стол, пытаясь отдышаться.
– Насколько я понимаю, ты тоже говорил с мистером Чемберсом?
– А? Нет… А что сказал Кайл Чемберс? Я узнал от Дейва Дрейкотта, начальника охраны «Мейл». Все говорят, что у «Мессенджера» большие проблемы. Пора снова читать страницы вакансий, леди. К Рождеству мы все можем стать безработными.
– Тебе стоит спросить своего
Анна покраснела.
– Я не знаю, что ты имеешь в виду…
– Мы вас видели. Вчера утром. Мы с Ри из новостного отдела проходили мимо той новой кофейни, а вы сидели рядом, и язык ваших тел прямо-таки кричал о ваших чувствах сквозь витрину. Не смотри на меня так, Анна Браун, ты
– И ты мне не сказала? – Тед покраснел, услышав эти откровения. – Разве я тебе
Если бы человека можно было уничтожить одной только силой взгляда, Тед Бласкевич растаял бы, как ведьма Бастинда, от ярости Шенис в тот момент.
– А мы и не должны перед тобой отчитываться, Тед.
Тед, рот которого открывался и закрывался, как у болтливой золотой рыбки, вытащил из кармана свое удостоверение:
– Начальник охраны, Шенис. Это моя
Надежды Анны избавиться от пристального внимания коллег рассыпались в прах: секретарь ресепшена и начальник охраны тщательно изучали детали ее личной жизни. Она оставила их за этим занятием и понесла стопку почты в отделение на цокольном этаже. Стоило ей отвлечься от того, что их кофейные встречи с Беном раскрыли, и слухи о проблемах «Дейли мессенджер» начали всерьез ее беспокоить. О проблемах упоминали уже не впервые, и, сколько бы правды ни было в этих слухах, количество людей, говоривших об этом, само по себе могло стать причиной тревоги. Сейчас было тяжелое время для всех печатных изданий, все больше газет переходило в исключительно цифровой формат, а бумажные издания переживали обвал продаж. Круглосуточные выпуски новостей и стремительные социальные сети то и дело опережали газеты, люди просто не были готовы ждать публикаций, которые устаревали раньше, чем появлялись на стендах. Но другие национальные таблоиды вполне удерживали голову над водой, так почему с «Мессенджером» должно быть иначе?
Анна никогда еще не боялась за свое рабочее место, но нынешняя ситуация все же давила на нее. Что она станет делать, если сокращения все же начнутся? Ее не радовала перспектива поиска работы: бесконечные часы собеседований, очереди одинаково опытных кандидатов вгоняли ее в депрессию. Пусть даже сплетни о том, что дни «Мессенджера» сочтены, были преувеличены, о состоявшемся совещании на тему пугающих «методов сокращения расходов» знали все. В данный момент на ресепшене четверо сотрудников работали на полную ставку и еще один, выходивший в ночную смену, выполнял скорее функции охранника. Что, если наверху решат обойтись двумя сотрудниками? Из них Анна была самой опытной, но и зарплата у нее была выше. Если «Мессенджер» пожелает сэкономить деньги, то в финансовом смысле на должность лучше подойдут Шенис или Ашраф. Или же они могут просто передать функции ресепшена пункту охранников…
Она прошла сквозь двойную дверь маленького, но очень загруженного почтового отдела и передала стопку исходящих, оставленных на ресепшене, Винсенту Аллсопу, седовласому мужчине с аккуратной бородой, ветерану этого департамента, работавшему в газете дольше всех остальных. Ходили слухи, что когда-то он гастролировал с труппой шекспировского театра, однако это, скорее всего, была легенда, возникшая благодаря глубокому раскатистому баритону Винсента, гремевшему по всему зданию «Мессенджера». Сегодня его улыбка была еще шире обычного.
– Ах, милая мисс Браун! Как жизнь в нашем чудесном атриуме?
– Как всегда. – Анна обрадовалась возможности поговорить с кем-то другим. – Вы же знаете, какие у нас газетчики.
– О, знаю, Анна, знаю! – Он взглянул на стопку писем и посылок и сморщил нос, отчего очки в золотой оправе чуть покосились. – И вижу, что опять нет ничего интересного в этой стопке. Ну что ж. Придется утешаться скандалами и интригами. – Его зеленые глаза заискрились. – Как думаете, выгонят нас на следующей неделе?
