А вот трупов он не боялся. Их вид лишь напоминал ему о скоротечности жизни. Но одно дело видеть их в похоронном бюро или, скажем, в больнице, и совсем другое — прочувствовать все, что произошло в полицейском участке. И поэтому сейчас он лихорадочно размышлял над тем, как выпутаться из всей этой истории. Цена, которую приходилось платить за разгадку средневековой задачки, будь она сколь угодно важной и значимой, начинала казаться ему слишком высокой. Мученичество не было его призванием. Он подумал, что стоит занять позицию государства, которое не ведет переговоров с террористами, и просто отстраниться от проблемы. Он представил себе, как возвращается домой и рассказывает своему другу-адвокату все, что ему известно, сваливает ответственность на кого-то другого, чтобы этот сумасшедший серийный убийца понял, что на него, Чарльза, так давить нельзя. Возможно, он сумеет добраться до меча другим способом, а если нет, что ж, так тому и быть. Ему не впервой разочаровывать деда.
Чарльз решил поделиться своими размышлениями с Кристой. Та некоторое время молчала, а затем произнесла:
— Знаете, то существо, кем бы оно ни было, выпустило вас из тюрьмы.
Чарльз перевел на нее растерянный взгляд. Это уже начинало его раздражать.
— Вы хотите сказать, что это в некотором роде моя вина? Неслыханно!
— Вы же прекрасно знаете, что ничего подобного я не имела в виду. Я хочу сказать, что у вас нет шансов выпутаться из этой истории на данном этапе, потому что убийства не прекратятся. Возможно, вы слишком близки к разгадке. А кто бы или что бы ни выпустило нас из тюрьмы, оно хочет найти то, что нужно найти вам.
— Есть и кое-что еще, — вырвалось у Чарльза. — Это не «существо», не животное и не вампир. Это театральная постановка, разыгранная таким образом, чтобы произвести впечатление на меня. Дело рук совершенно безумного человека. Думаете, те две дырки на шее — действительно укусы? Кто-нибудь установил это? Коронер, судмедэксперт? Возможно, эти точки оставлены специальным оружием. А скрип? Когда мы шли, пол скрипел точно так же, но темнота, тишина и состояние, в котором мы оказались, привели все органы чувств в смятение. Как бы там ни было, у этого человека есть особенность. Он приволакивает ногу. У него особая походка.
— Да. Казалось, он вылез из-под земли и вернулся в нее же.
— Так или иначе, летать он не умеет. Возможно, какая-то болезнь заставляет его передвигаться таким образом.
— А этот жуткий холод?
— Театральный эффект. Сейчас легко достать холодильные машины, а свет можно выключить при помощи специального прибора. Пожалуйста, только не говорите мне, что слетаете с катушек.
Машина остановилась у фонаря, висевший на нем знак сообщал о разветвлении дороги. Взгляд Чарльза остановился на небольшом указателе в сторону Хрудима, деревни, где более шестисот лет тому назад в монастыре был создан «Гигантский кодекс» — вместе с дьяволом, преследовавшим его последние несколько дней. К сожалению, монастырь был уничтожен в ходе гуситских войн, поэтому смотреть там сейчас было не на что. Тем не менее Чарльз не мог отделаться от мысли, что совпадения преследовали его с пугающей частотой, противоречащей теории вероятности.
Больше Криста ничего не сказала. Они приближались к городу, и она нашла место для парковки возле супермаркета на окраине. Магазин еще не открылся. Машины на парковке оставляли на ночь. Она заехала на площадку, вышла из автомобиля, огляделась по сторонам и никого не увидела. Не поднимая головы, чтобы скрыть лицо, она поискала камеры и пришла к выводу, что если таковые и есть, то они находятся очень далеко. Выбрав как можно более старую модель, она вынула из кошелька кредитку и вскрыла ее, встретив восхищенный взгляд Чарльза. Криста завела мотор и вернулась к полицейскому автомобилю.
— Так, теперь мы угоняем машины, — произнес профессор. — Вы уверены, что вы не преступница?
