Погрузившись по шею в пенную ванну, Чарльз закрыл глаза и стал расслабляться. Он подумал было, что засыпает, но тексты, могилы королей и лики мертвецов кружились у него перед глазами, словно в бесконечном трейлере к плохому фильму. Выбравшись из ванны, он набросил приятный на ощупь халат, принадлежавший отелю, прошел в гостиную и уселся за письменный стол. Он читал и перечитывал текст на листке бумаги, пролистывал страницы коричневой папки, но в голову ничего не приходило. А затем он решил работать систематически и начать со стихотворения Агриппы д’Обинье. Снова перечитал его:
Здесь по веленью Бога покоится король.
Коротким кинжалом пронзила его прямо в лоб
Старуха и отправила его к праотцам
За то, что нагадил он ей прямо в квас.
Возможно, им предстояло найти могилу короля, которого забили до смерти. Или нет? Во французском оригинале стихотворения речь шла о коротком кривом ноже. Придется перепроверить всех королей, похороненных в соборе, и посмотреть, куда это его приведет. Включив ноутбук, он принялся искать полный список захоронений в соборе Святого Вита. В суровой схватке с Интернетом ему удалось добыть лишь часть такого списка. Профессор подумал, что хорошо бы оказаться дома, где в его распоряжении была библиотека деда, так часто выручавшая его. Но поскольку время текло очень быстро и Чарльз начинал терять терпение, он подумал, что помощь ему действительно не помешает. Он позвонил Кристе, однако у нее было занято. Тогда он связался с администратором, попросил доставить еще один ноутбук для Кристы и соединить его с ее номером. Через некоторое время Криста взяла трубку. Чарльзу было интересно, с кем это она беседовала, но потом он понял, что она могла общаться с семьей, если таковая у нее есть, или отчитываться по работе, и это не его дело. И он лишь спросил, не хочет ли она ему помочь.
Спустя несколько минут Криста явилась вместе с ноутбуком. Когда профессор объяснил своей помощнице, что искать, они тут же принялись за работу, он — за письменным столом, она — на горбатом диванчике в кирпичную полоску. Поинтересовавшись, не голодна ли она, Чарльз заказал итальянские кондитерские изделия и шампанское. Была середина дня, ну да какая разница; они заслужили право немного побаловать себя.
Вдвоем они сумели составить список, содержавший двадцать семь имен, и определить, кто где похоронен в соответствии с планом собора. Чарльз нашел гробницу Адальберта Пражского, Рудольфа Второго, Анны Баварской, Отакаров Первого и Второго, Матье Арасского, Барбары Цилли, Карла Четвертого, Елизаветы Померанской, Йиржи из Подебрад, Ладислава Постума, Сбигнева Третьего, Франтишека Томашека, Вратислава из Пернштейна и Юдиты Габсбург. Криста записала на листе бумаги с гербом отеля имена святого Вита, Бланки Валуа, святого Яна Непомука, Максимилиана Второго, Елизаветы Стюарт, королевы Богемии, Фердинанда Первого, Петра Парлержа, Рудольфа Первого, Фридриха Йозефа цу Шварценберга, Анны фон Швейниц, святого Вацлава и Вацлава Богемского.
Затем Чарльз сел рядом с Кристой. Кондитерские изделия оказались потрясающими, и, отдавая дань изящным канноли, сфольятеллам, пастичотти, бискотти и пиццелле, Чарльз начал объяснять. Он сказал, что для начала нужно вычеркнуть из списка женщин, затем святых, церковнослужителей и художников, а оставить только королей и императоров.
Объединив списки, Чарльз расположил имена в алфавитном порядке: Вацлав Богемский, Йиржи из Подебрад (король Богемии), Карл Четвертый (император), Ладислав Постум (король Венгрии и Богемии), Максимилиан Второй (император), оба Отакара (короли Богемии), оба Рудольфа (императоры) и наконец Сбигнев Второй (герцог Богемский, обладавший полномочиями короля). Список сократился до одиннадцати имен. Они обсудили другие критерии, которые могли бы им помочь. Криста напрягала извилины, но в голову не приходило ничего, что стоило бы воспринимать всерьез, поэтому Чарльз заявил, что смерть от руки старухи с коротким кривым ножом — это, с определенной точки зрения, довольно забавная смерть, а затем заметил, что прилагательное «забавный» вполне сопоставимо со словом «абсурдный», поэтому они снова разделили список и принялись выяснять, какой смертью умер каждый из правителей.
Карл Четвертый умер от подагры, Фердинанд и Йиржи — естественной смертью, равно как и Максимилиан, отказавшийся от исповеди на смертном одре. Ладислав умер от сердечного приступа в очень юном возрасте, равно как и Вацлав Четвертый. О смерти Отакара Первого или Сбигнева не было известно ничего. Отакар Второй умер на поле боя, Рудольф Второй — от какой-то болезни, Рудольф Первый — от дизентерии.
— Ни одной интересной смерти, — вздохнул Чарльз. — Только дизентерия Рудольфа Первого в какой-то степени связывает его с нашим стихотворением, но он не был убит.
