— Что с телефоном? — нахмурился Артемий. Он делал вид, что не покороблен поведением подопечной, но во взгляде все равно промелькнула жалость, с какой обычно смотрят на безумцев.
— Давай посмотрю, — предложила Катерина, начинавшая привыкать к странностям младшей сестры. Двумя пальцами она подняла аппарат и стряхнула капли кофе. Потыкав в экран, женщина проверила сообщение и резюмировала: — Не пойму, что тебя напугало. Посмотри сама.
Настя замотала головой и скрестила руки на груди, отказываясь прикасаться к аппарату. Догадываясь, что со стороны ее поведение выглядит более чем удивительным, девушка постаралась подавить страх, побеждавший любой здравый смысл. С опаской, словно могла ослепнуть, она заглянула в экран мобильника.
Действительно страшная угроза исчезла, вместо нее светилось коротенькое нейтральное сообщение:
«Нужно увидеться — я все выяснил».
Хотя отправитель не удосужился подписаться, Настасья догадалась, что послание отправил ее сосед-репортер.
— Я вдруг поняла, что мне надо позвонить, — быстро произнесла она, жестом ловкого фокусника выхватывая у сестры телефон. — Я отлучусь, если вы не против.
Вероятно, и продюсер, и Катерина были ошеломлены перепадами настроения у подопечной, а потому побоялись возражать. Настасья вышла из кабинета под сконфуженное молчание и аккуратно прикрыла дверь.
Страх, только-только сдавливавший горло, теперь переместился в живот и завязал тугим узлом внутренности. Девушка боялась, что прямо сейчас получит подтверждение своей безумной теории.
Ярослав назначил встречу в своем любимом ресторане. Он специально выбрал время в середине дня, когда заканчивались обеды, и народ расходился по офисам. Зал пустел, места освобождались, и утихал беспрерывный гул разговоров.
Мужчина занял столик, спрятанный от лишних глаз в нише — посчитал, что в укромном уголке Анастасия почувствует себя свободнее, нежели на виду у остальных посетителей. Он сделал специальный заказ на рагу из зеленых овощей и индейку — в статье о диете аллергиков было написано, что индейка разрешена даже младенцам.
И тут в кармане затрезвонил молчавший, страшно сказать, целые полчаса мобильный телефон. Проверив номер, мужчина поморщился — звонила его личная помощница, девица настойчивая, одна из тех, кто будет звонить, пока у абонента не иссякнет терпение или заряд батареи.
— Да? — раздосадовано ответил он… и провалился с головой в работу. В конце концов, Ярослав поймал себя на том, что совершенно потерял счет времени. У него затекла шея — приходилось плечом прижимать мобильник к уху, и закончились чистые салфетки, на которых он, забыв в офисе рабочий блокнот, делал пометки.
Мужчина поднял голову, но вдруг обнаружил, что Анастасия уже пришла и с нарочито задумчивым видом изучает меню. Она была прекрасна: немного заполошена, чуточку растрепана. Удивительно, как Настя умела приковывать мужской взгляд.
Ярослав отнял телефон от уха. В динамике продолжал тарабанить голос привязчивого собеседника, желавшего обсудить цветопередачу обложки следующего номера, но Ярослав точно бы погрузился в транс из-за близости хорошенькой девушки. Хотел бы он осторожно, едва касаясь, провести кончиками пальцев по линии губ, расправить складочку между нахмуренных бровей…
Впервые в жизни Ярослав совершил неслыханную вещь: не заботясь о том, что про него подумает собеседник, прервал телефонные переговоры и на полуслове отключил соединение.
— Я выгляжу смешно? — спросила девушка, не поднимая глаз от ресторанного меню.
— Нет. Ты выглядишь чудесно.
— Тогда почему ты улыбаешься? — Настя сердито глянула поверх папки и уточнила с требовательными интонациями: — Ты уже сделал для меня заказ?
Мужчина кивнул и, сбросив вызов перезванивающего коллеги, переключил аппарат на автоответчик.
— Тогда попроси, чтобы еще принесли яблочный сок, — велела девушка и, захлопнув меню, отложила на край стола.
— Почему ты не спросишь, что я заказал? — полюбопытствовал Ярослав, жестом подзывая официанта.
Она пожала плечами и бросила как будто небрежно:
— Я тебе доверяю.
Пришел официант с подносом. Ставя перед певицей тарелку с едой, молодой человек произнес:
— Ваше блюдо, Анастасия.
— Спасибо. — Она натянуто улыбнулась.
Когда тарелки были расставлены, и официант удалился, то девушка заговорщицки пробормотала:
— Терпеть не могу, когда меня узнают в ресторанах. Теперь придется оставлять неоправданно большие чаевые, чтобы не выглядеть скупердяйкой.
Отношение певицы к собственной известности забавляло.
— Ты действительно рассуждаешь как скупердяйка, — иронично заметил мужчина. Даже под пушкой он бы не признался, как сильно ему польстило, что официант узнал его спутницу.
— Я такая и есть! — Настасья блеснула открытой улыбкой, вспыхнувшей в глазах и озарившей лицо.
И вдруг у Ярослава подозрительно кольнуло в груди. Сердце заухало с частотой отбойного молотка, а пульс забился, как в истерике. Мир вокруг потемнел и стремительно сузился до фигуры девочки, сидевшей напротив. Она что-то сказала, но голос точно бы проникал сквозь вату.