Она кидается на дверь и неистово колотит, разбивая в кровь костяшки пальцев…
В ужасе Настя вырвалась из кошмарного воспоминания. Она вернулась в дымный зал, где по-прежнему громко играла музыка. Легкие горели. Пальцы ослабели, и бокал с шампанским полетел на пол. Вино выплеснулось на длинное красивое платье, оставляя продолговатый след. Лишь усилием воли певица не схватилась за рукав стоящей рядом Алины, чтобы удержаться на ногах.
— С вами все в порядке? Вы побледнели, — внимательная соседка заметила, что лицо девушки стало белым, как простыня.
— Да, все хорошо. — Настя растерянно заморгала, пытаясь сохранить ясность рассудка, а секундой позже ринулась вон из зала.
Алина не хотела упустить сбегавшую с вечеринки певицу! Не замечая ничего вокруг, беглянка лавировала в толпе, разгоряченной сплетнями и бесплатным спиртным, но вряд ли осознавала, что люди расходились, освобождая ей дорогу. Анастасия выбралась в темный коридор, а потом, с силой толкнув дверь, скрылась в женской уборной, куда журналистка войти побрезговала.
Развернувшись, раздосадованная женщина отправилась обратно к шумному танцполу. В голове прокручивались все крохотные странности, свидетельницей которых она стала. Транс певицы, пустой взгляд, словно бы девчонка находилась за тысячи километров от ночного клуба, а результат — необъяснимый, почти животный страх, отключивший мозг — все мелочи, намекающие, что с Анастасией Соловей происходило что-то скандальное, по мощности сравнимое с ядерным взрывом. Ловкая журналистка желала стать первой, кто распутает тугой клубок секретов любимицы публики и собьет с нее спесь! Не вечно же мерзавке носить корону невинного создания, спустившегося с райских кущ?!
Алина скрипнула зубами, ощущая, как в груди растекается ядовитая ревность. Ненавидеть больше, чем она ненавидела соперницу, не могла бы ни одна брошенная женщина!
Бездарная Таис, не умевшая держаться на сцене, уже прощалась с публикой. Журналистка скривила губы в усмешке. Несмотря на неприязнь к Анастасии Соловей, даже Алина признавала, что копия, как бы ее не старались подогнать под оригинал, остается всего лишь подделкой, возможно, неплохой, но в разы уступающей подлиннику.
В отличие от конкурентки, голос Нежной Соловушки походил на прививку от сердечной заскорузлости. Ее музыка обладала потрясающим свойством заполнять пустоты в душах людей, необъяснимым образом пробуждала желание становиться лучше. Это не мастерство, а дар свыше, Божья искра. Такое невозможно натренировать во время репетиций, с подобным талантом нужно родиться.
Неожиданно Алину самым бессовестным образом толкнули локтем в спину. Женщина неловко подалась вперед и плеснула шампанское на шелковый топ.
— Твою ж мать! — рявкнула журналистка. Она не могла позволить себе настолько дорогую вещь, а потому кофточку «взяла напрокат» и с утра намеревалась сдать обратно в бутик. Модница даже не срезала бирки с ворота, просто спрятала, чтобы никогда не заметил, а тут отвратительное винное пятно!
Желая разорвать обидчика голыми руками, журналистка крутанулась на каблуках и нос к носу столкнулась с Екатериной Соловей.
— Извините, — пробормотала та и заторопилась к выходу, кажется, даже не обратив внимания, что превратила эксклюзивный наряд в испорченную тряпку. Она не заметила, как выронила мобильный телефон, бухнувшийся под ноги Алины.
Женщина аккуратно присела и подняла аппарат.
— Послушайте, вы уронили! — протягивая мобильник, попыталась она дозваться до обидчицы, но та не смотрела по сторонам, не поднимала глаз и, вероятно, пыталась потихонечку сбежать из клуба.
Что ж, Алина пыталась… Проглотив довольную улыбку, она спрятала потерянный аппарат — буквально шкатулку с секретами — в клатч.
Тут журналистка заметила, что Катерину нагнал высокий смазливый франт. Он схватил женщину за руку, пытаясь остановить. На глазах Алины разыгралась любопытная сцена: личная помощница известной певицы, славившаяся нечеловеческой выдержкой и немногословностью, вдруг начала что-то кричать, подкрепляя слова яростной жестикуляцией. Хорошенькое личико миниатюрной блондинки исказила дикая злоба, казалось, она была готова ногтями вцепиться хлыщу в лицо.
Громкая музыка заглушала голоса скандалистов, но мелодия оборвалась, и в короткой паузе раздался гневный возглас Катерины:
— Черт возьми, она даже твоего имени не желает вспоминать!
Догадавшись, что выкрикнула ругательства в эпицентре тишины, женщина испуганно огляделась вокруг, боясь узнать, сколько людей могли бы услышать ее. Брезгливо освободившись от рук преследователя, она бросилась вон из клуба.
Совершенно потрясающее событие! Внутри Алины вспыхнул нетерпеливый огонек, который она считала тем самым шестым репортерским чувством, означавшим, что журналистка подобралась чрезвычайно близко к какой-то сенсации!
Проводив противницу тяжелым взглядом, мужчина сунул руки в карманы и, ссутулившись, направился в сторону бара. Сгоравшая от нетерпения Алина, последовала за денди. Он заказал себе крепкий алкоголь. Запрокинув голову, молодой человек залпом осушил бокал и тут же попросил вторую порцию.