Удивительно, но избавившись от маски Нежной Соловушки, Настя вдруг осознала, как глупо пугаться или психовать из-за собственного прошлого, ведь она сумела выбраться из того пожара, раз прямо сейчас в уборной ночного клуба уничтожала макияж на глазах десятка злоязычных сплетниц. Положа руку на сердце, девушка начинала подозревать, что случившаяся амнезия — это не осложнение после комы, а подсознательный уход от реальности. Видимо, с ней произошли такие болезненные вещи, которые она заблокировала в памяти, чтобы жить с чистого листа!
Вернув самообладание, Настя вышла в тускло освещенный коридор. В ту же секунду ее захлестнула волна громкой музыки, всеобщей неразберихи и духоты. Выступление подражательницы уже завершилось, и играл зарубежный хит.
Девушка направилась обратно в танцевальную зону, намереваясь предупредить сестру и тихонечко сбежать домой, но вдруг кто-то цепко схватил Настю за локоть. Взвинченная и напряженная уже случившимся на вечеринке событиями, она резко оглянулась и, не произнося ни звука, толкнула неприятеля в грудь.
Им оказался мужчина, некоторое время назад споривший с Катериной. Брюнет был высок, холен и хорошо одет. Отшатнувшись, с удивленной гримасой он разжал пальцы и выпустил разъяренную пленницу.
— Все? — сквозь зубы процедила Настя.
— Пожалуйста, подожди!
Наверняка, прежде они водили близкое знакомство, раз он так запросто обращался к звезде. Встречи с приятелями из прошлого каждый раз становились для Настасьи изощренной пыткой. Она никого не могла вспомнить. Приходилось изображать фальшивую радость, задавать нейтральные вопросы о жизни, выслушивать истории о делах чужаков. Каждый раз она насиловала память, как неудачливый рыбак, мучительно пытаясь выловить из мертвого водоема любые, хотя бы даже незначительные, рыбки-образы. Амнезия убивала в Насте желание общаться с людьми.
— Что ты хотел? — не зная, какие отношения связывают старшую сестру и повесу, явно младшее той на несколько лет, певица выбрала нейтрально-холодный тон.
— Нам надо поговорить.
— Нам — в смысле, нам двоим? — Настя помахала рукой, указывая то на себя, то на незнакомца. — А есть о чем?
Мужчина молчал, на скуластом лице ходили желваки, сжатые губы превратились в тонкую бледную линию.
— Хорошо, — певица пожала плечами и, посчитав разговор оконченным, направилась на поиски сестры.
Туман в танцевальной зоне уже рассеялся. Орала музыка. Горький аромат полыни истаял, духота пахла чужими духами и алкоголем.
Катерина как будто сквозь землю провалилась. Вероятно, старшая сестра пряталась от чудовищного грохота вечеринки в спокойной зоне с тихой музыкой и медленными разговорами. Лавируя между людьми, Настя заторопилась в нужную сторону. Певица отчаянно надеялась, что не встретит очередного знакомого-незнакомца, который постарается втянуть ее в бессмысленную беседу.
Но все вышло в разы хуже. Пока она пыталась добраться до предположительного убежища сестры, на сцену вышел ведущий в изрядно помятом пиджаке и что-то заговорил в микрофон. Слабый голос молодого человека утонул в гвалте подвыпившей толпы. Кажется, для гостей осталось секретом, о чем же разглагольствовал парень?
Настасью же, пробиравшуюся сквозь хмельной народ, нагнал жаждавший поговорить брюнет. Он крепко перехватил локоть девушки и даже успел открыть рот, словно бы мог перекричать людской гул, как ведущий бабахнул радостным воплем, отчего неприятно запищали колонки.
— Наша звезда, девушка с обложки — Анастасия Соловей! — Рукой он указал на опешившую певицу.
Разрезавший потемки яркий луч заключил Настю в компании кавалера в ослепительный круг. Захваченные врасплох прожекторным светом они, крепко-накрепко держась за руки, попали под перекрестные взгляды. Сощурившись, девушка нагнула голову и смущенно вырвала руку из цапких пальцев преследователя. Тот, прижав ко лбу ладонь, лихорадочно озирался вокруг. В тишине пробегали шепотки. Наверняка, со стороны Настя с сестриным ухажером выглядели так, словно бы их застали врасплох на выяснении отношений.
Вдруг страшно зачесалась шея. Не справившись с нервами, Настасья поскребла зудящее место. Она была уверена, что со стороны выглядела пьяной простушкой с размазанной под глазами тушью. Девушку охватывал невыносимый стыд и за смытую косметику, и за заляпанное платье, и за незнакомого мужчину, стоявшего рядышком. Казалось, что клуб превратился в цирковую арену, а приглашенная звезда — в вызывающего жалость клоуна. Не придумав ничего поумнее, с глупой улыбкой на устах певица помахала рукой, точно бы здороваясь с многочисленными гостями. Певица окончательно уверилась, что не сможет спасти реноме ни одной покаянной пресс-конференцией…
И в острой тишине раздался пронзительный женский визг, заставивший всех без исключения повернуться на вопящий голос.