– Не будь так убеждена в этом,– уже на словах предупредила она.
– Хорошо. Поверю на слово,– дежурно улыбнулась я.– Бикена Раи, я хотела кое-что спросить…
– Давай!
– Скажи мне, что такое Айирус?
– Что?!
– Айирус…
– Я не знаю, что это такое,– недоумение в голосе шэктэри было правдоподобным.– А можешь написать это слово?
Я повторила слово про себя, но засомневалась, что правильно его воспроизвела: слишком уж оно было сложное по звучанию. А с письменностью у меня еще были трудности.
– Ладно, забудь,– отмахнулась я.
А потом мы просто говорили о моих впечатлениях за прошлый день и о неоднозначном свидании подруги с Кэмом. Забавные детали их встречи отвлекли от гнетущих мыслей и дали возможность не возвращаться внутрь к Райэлу и до выхода на новую прогулку не оставаться с ним наедине.
Большую часть дня мы с Райэлом провели на побережье на так называемой ярмарке кулинарных талантов. Никакого второго завтрака, полуденного обеда – сплошные удовольствия в виде самых необыкновенных десертов, шедевров из морских водорослей и фруктовых запеканок. Райэл откровенно смеялся, когда я не успевала доесть один кусочек, а сразу тянулась за другим, возмущаясь полным ртом, что не виновата в этом безумии. А он еще и подзадоривал, кивая на другие кулинарные островки, где готовились еще более аппетитные и яркие блюда.
Это было еще и изумительное шоу, когда мастера кулинарии готовили свои шедевры прямо перед публикой: искусно владея не только технологией, но и обладая в высокой степени художественным талантом. Так и хотелось запечатлеть на камеру и отослать маме. Единственно, в чем у мамы был талант – это в выпечке. Для меня – аллергика со стажем – она готовила потрясающие печенья и пироги без яиц, дрожжей и молочных составляющих. Ни у кого не получалось. Только у нее…
Вторую половину дня я запомнила как головокружительную и утомительную: мы катались на подобии водных лыж, квадроциклов и прыгали по воде внутри круглых шаров, при этом меня практически все время подташнивало, потому что переедание не способствовало здоровому пищеварению даже в таком идеальном теле, какое теперь было у меня.
Я всегда хотела попробовать все эти развлечения, но слишком боялась воды. Зато теперь испытала всю гамму эмоций и физического дискомфорта после. Но все же была очарована этой жизнью. Мне нравилось здесь… на Тэсании. Мне хотелось иметь будущее…
Перед самым ужином со старейшинами я проспала пару часов и поднялась с небольшой мышечной болью в бицепсах, бедрах и икрах. И снова была голодна.
Ко встрече со старейшинами Голубого города и их семьей Мэйк приготовил для меня белоснежное платье в пол. Однако оно только казалось белоснежным, потому что под разными углами зрения его цвет менялся от нежно-голубого до ярко-синего. Я вовсе не блестела, как танцовщица из мюзикла: цвета играли плавно и ненавязчиво. Все дело было в особой нити, пропущенной сквозь белую шелковую ткань. А вот закрытые босоножки были полностью синего цвета и на довольно высоком каблуке. В них я почти не чувствовала себя лилипутом рядом с Райэлом.
Мой спутник выглядел безупречно, как и всегда: строгий, но нарядный синий пиджак с воротником стойкой и белые свободные брюки. Наши наряды вполне гармонировали.
– Интересно, а бывают тэсанийцы хотя бы на полголовы выше меня?– тихо усмехнулась я себе под нос, выходя из шаттла.
– Мне нравится твой рост,– улыбнулся Райэл, предлагая свою руку.
– А если бы я была неандертальцем, тоже нравилась бы?– язвительно заметила я, нервно потирая пальцы.
– Кира, что с тобой?– спокойно спросил Райэл, сам беря меня за руку и кладя ее на свой локоть.
– Прости, просто нервничаю,– призналась я.– Я совсем не знаю старейшин, а будет еще и вся семья. Даже не знаю, как себя вести…
– Не могу сказать, что ты не знаешь, как себя вести,– заметил он.– Напоминаю, что на неофициальной встрече тебе не нужно называть Яшэса и Гэйну старейшинами. Обращения нэйады достаточно…
– Да, да. Я помню,– перебила я.
– И не вздрагивай всякий раз, когда я к тебе прикоснусь, не вырывай свою руку… Никто не знает, что между нами есть нерешенные вопросы,– глядя на меня серьезным взглядом, добавил Райэл.
– Это происходит непроизвольно,– сердито оправдалась я, отчасти чувствуя свою вину, отчасти не зная, как погасить страх, ворочающийся в груди: старейшины были сильными менталами, вдруг что-то заподозрят, вдруг что-то пойдет не так…
Сжимая локоть Райэла пальцами, будто сейчас это была единственная опора, ведь ноги ее не чувствовали, я накинула щит – вуаль и умоляюще попросила:
– Во избежание таких недоразумений лучше не прикасайся.
Мы прошли сквозь арку во двор красивого высокого дома старейшин и остановились. Территория была большой, а изысканный ландшафтный дизайн захватил дух. Столько зелени и цветов, красивые дорожки и беседки, водоемы и скульптуры, наверное, здесь устраивались большие приемы. А в центре сада стоял дом в несколько уровней с необычной крышей и колоннами из голубого камня.
