Дыхание вернулось, когда его глаза обратились ко мне, вместе с жаром во всем теле и медленно воспламеняющимися кончиками ушей. Его откровенный взгляд и мгновенно возникшее чувство желания смутили, и я опустила голову, непроизвольно прикусывая губу до боли.
Райэл быстро поднялся и оказался на диване рядом со мной. А я не смела поднять глаз.
– Мы настраиваемся друг на друга,– низким голосом медленно произнес Райэл и неожиданно коснулся подушечкой большого пальца моей нижней губы, легким нажатием заставляя разжать зубы и освободить ее.
Это жест смутил еще больше, и я отстранилась. Губы запекло от волнения или от его прикосновения. Райэл нехотя опустил руку и продолжил, чуть придав силы голосу:
– Ты ощущаешь то, что чувствую я. Так работает связь нэйад…
– Значит, и ты чувствуешь меня?– спросила я, хотя ответ был очевиден, но надеялась услышать «нет».
– Я не всегда могу понять твои чувства. Возможно, после обряда единения это станет доступнее…
Необходимость обряда единения и справедливость этого добровольно-принудительного требования все еще тревожили. Я передвинулась назад, но расстояние показалось незначительным, потому что, склонив голову ко мне, Райэл оказался еще ближе, чем был раньше.
– Твои эмоции такие яркие, сложные и смешанные, что я не всегда могу отделить одно от другого,– мягко улыбаясь, ответил он.– Но… да, в основном я чувствую тебя… Но не сейчас… могу только догадываться по поведению.
«Боже, значит, лгать бесполезно!»– на секунду прикрыла глаза я и глубоко вздохнула.
– Это нельзя остановить?– осторожно спросила я.
Он неопределенно пожал плечами:
– Может быть, и можно, но никто не задавался таким вопросом. Это так естественно для нэйад – чувствовать друг друга.
Я скептически нахмурила брови.
– Тебе это доставляет дискомфорт?– нотки тревоги появились не только в голосе, но и окутали меня словно сетью.
Я поежилась и погладила себя по плечам. Хотелось стряхнуть невидимые путы: так странно стало ощущать не свою тревогу. Было сложно ответить на его вопрос однозначно. Болевых ощущений не было, но так непривычно ловить себя на том, что вдруг чувствуешь нечто, не связанное с твоими мыслями и эмоциями в данный момент, а даже если и связанное, то не той интенсивности. Скажи я – да, это расстроило бы Райэла. А отчего-то не хотелось его огорчать. Я и так была резка с ним весь день.
Его глаза все еще внимательно следили за моей реакцией. Лучше было бы закончить этот разговор, но я продолжила, увидев возможность понять, что происходило между нами даже до моей инициации.
– Мне кажется, я чувствовала многих и до инициации… А с тобой я все время чувствовала напряжение… Так злилась, что хотелось крушить все вокруг,– я возбужденно дернула плечами, вспоминая свои ощущения.
– Я многое знаю о нэйадах, поскольку Гиэ не только коллега по работе, но и мой друг. После разговора с ним могу сделать вывод, что и ты с самого начала чувствовала меня. Ты бессознательно считывала мои эмоции, но, не зная их источник, ощущала, как свои.
– То есть ты всегда был напряжен? Гнев, ярость, злость?!– я была поражена открытием и быстро заморгала оттого, что глаза устали от напряженного взгляда на него.
– Нет,– улыбнулся он и протянул руку, желая успокоить, но я машинально выставила ладонь вперед, отвергая его заботу. Райэл отреагировал спокойно: опустил ладонь на свое колено и продолжил:– Ни гнева, ни ярости не было. Это твоя проекция и из-за смешения эмоций бессознательное усиление инстинкта самосохранения. Я испытывал лишь раздражение оттого, что не понимал, кто ты и почему не могу не думать о тебе, но не находил объяснения своим чувствам и подозрениям. Я не верил, что ты могла оказаться той, в которой я стану так нуждаться. Это было слишком неожиданно и странно.
– Уж поверь, не страннее того, что я оказалась на планете черти где,– фыркнула я и через секунду смутилась от такой фамильярности.
Он слабо улыбнулся и признался:
– Может, иногда злился, что не могу контролировать себя рядом с тобой. И тогда твоя реакция была еще ярче, агрессивнее.
– По тебе этого нельзя было сказать… Образец уравновешенности…
– А сейчас и этого нельзя сказать обо мне,– с самоиронией заметил Райэл.
– Однажды я вдруг перестала чувствовать злость,– разглядывая его руки на коленях и узор на рукавах сорочки, призналась я.
– Очевидно, после последнего конфликта?– догадался Райэл.– Наше перемирие, помнишь? Ты устала от борьбы, а я, наконец, смирился, что ты имеешь определенное влияние на меня. И я перестал раздражаться. Ты это ощутила. Тем не менее я испытывал некоторое смятение, поэтому напряжение и неуверенность все еще присутствовали у тебя.
– Теперь все более или менее понятно…
Я подняла голову, а глаза Райэла были устремлены на мои губы. Внутри задрожало от желания позволить ему выплеснуть то, что он чувствовал сейчас. Но я так испугалась этого, что резко поднялась и уронила стакан с чаем на пол.
– Мне надо…– напряженно начала я оправдывать желание сбежать, но не могла придумать достойную причину,– позвонить Киэре. Я так и не сказала, что не приеду на прием. Мне не хочется ее расстраивать…
