Место под названием «Круг единения» выглядело совсем иначе, чем культурный мир Эйрука. Располагалось оно в окружении невысоких скал далеко за городом и напоминало нечто древнее, первозданное, нетронутое цивилизацией. Ни дорожек, ни круглых каменных плит, ни стриженого газона перед входом через невысокий арочный проход между скал, лишь ровный ковер невысокой травы, отливающей голубым. Ни ухоженных кустарников или подстриженных деревьев внутри, только хаотично расположенные деревья с пышными кронами и буйно цветущие развесистые кусты поодаль от небольшого озера. Ни кресел, ни скамей на траве, просто нетронутый природный уголок, если не считать идеальный круг водной глади. Все это я рассмотрела с воздуха при подлете на посадочную площадку.
Площадка из белого гравия для воздушных шаттлов была заполнена, как парковка у торгово-развлекательного центра в выходной день. Не удивилась бы, если на такое редкое и важное событие слеталась вся Тэсания. Однако для нескольких миллиардов места было маловато. Но, судя по количеству и вместимости шаттлов, приглашенных было не меньше тысячи.
Мы с Киэрой прилетели почти последние. Я долго собиралась, понимая, что на мероприятии будет масса народа, и мне не хотелось привлекать к себе внимание. Очень удачно, что дресс-код предполагал белое платье в пол, длинный рукав, плотно сужающийся к запястью и обтягивающий часть кисти, и глубокий капюшон. Волосы я собрала в тугое эргосское плетение, начиная с челки.
С надвинутым на лицо капюшоном и склоненной вперед головой меня никто не узнал бы: ничто не указывало на мое происхождение. Разве что рост, но сошла бы и за подростка. Руки можно было спрятать в широких карманах. На ноги я надела босоножки на высокой платформе. Поэтому, в целом, могла сойти за тэсанийку, если не поднимать головы. Планшет Киэра попросила оставить в жилище, так как на церемонии запрещалось пользоваться любыми устройствами связи. А при прохождении каменной арки и коммуникаторы отключались автоматически.
Вокруг озера ровным ковром росла та же голубоватая трава, а сам его край обрамляли природные камни разной величины и формы, уходя основой под воду. По озеру шла едва заметная рябь, оно слегка серебрилось в лучах Брэйнуса. Я остановилась у небольшого каменного выступа и сорвала травинку. Лишь при близком рассмотрении я поняла, что трава зеленая, а вот налет на ней серебристо-белёсый и на ощупь был похож на пыльцу. Я растерла его между пальцами и понюхала. Пахло обычной травой с примесью горного воздуха после дождя.
– Пойдем, Кира, нам нужно найти удобное место, чтобы ты все рассмотрела,– проговорила Киэра, увлекая за собой.
– Гиэ сказал, что это такое редкое событие, я ожидала увидеть больше тэсанийцев,– оглядываясь вокруг, сказала я.
– Церемонию будут транслировать через голографы. Ее увидит вся Тэсания,– сообщила Киэра.– А на сам обряд приходят лишь приглашенные нэйадами и любой желающий из Департамента биоэнергетики.
– Но я ни та, ни другая…
– Тебя пригласили в качестве гостьи,– опередила меня она.– Это распространяется на всех найденных Тэс.
Я расправила плечи и неопределенно покачала головой.
«Интересно, а Миэла тоже приглашена? Меня бы морально убило приглашение на свадьбу мужчины, с которым еще неделю назад я состояла в крепких узах»,– но расспрашивать об этом я не стала. Меня бы не поняли, учитывая все то, что я узнала за последнее время об их отношениях между собой и об отдельном явлении – нэйадах.
У озера пока было пусто, но все приглашенные тэсанийцы группами стояли под деревьями или сидели на камнях и траве. И все были в белых одеждах с капюшонами: женщины в таких же платьях, как и мое, мужчины в свободных брюках и туниках, чем-то напоминающих одежду изо льна. Я ничем особым не выделялась, и это было огромным облегчением. И все же я не преминула окутать себя водяным коконом. На всякий случай.
Я шла медленно, трава хоть и была невысокой, но густой: босоножки утопали в прохладной зелени. В воздухе плыл легкий цветочный аромат. Ни ветра, ни птичьего гомона, ни громких голосов тэсанийцев, будто ничто не решалось нарушить природную тишину этого места.
Я продолжала озираться по сторонам, рассматривая всех вокруг, осторожно придерживая капюшон, чтобы тот не упал с головы и не обнаружил мое происхождение. Лица тэсанийцев сливались с белыми капюшонами. С расстояния нескольких метров я бы не узнала и хорошо известных мне Нэйю, Гиэ и прочих… Где-то здесь должен был быть и Грэйн… Но разглядеть его в общей белой массе и не привлечь к себе внимания было непосильной задачей. От белого цвета хотелось зажмуриться или надеть солнечные очки. Поэтому я покорно и неторопливо следовала за своей спутницей, рассматривая только ближайшее окружение.
Наконец мы с Киэрой остановились у одинокого дерева, и в его тени та сняла капюшон, чтобы стряхнуть с волос залетевшую мошку.
