Это было так трогательно! Манеры этого… даже не человека, по сути, – невероятно удивляли и непроизвольно вызывали уважение. Я чувствовала, как глупо улыбаюсь. Совсем недавно я и представить себе не могла, где окажусь, и что со мной будет происходить. А теперь я сидела на приеме в честь дня рождения сына глав Совета старейшин планеты, находящейся за несколько миллионов световых лет от Земли, и за мной ухаживал человек-дерево. Мной овладело странное чувство: будто я часть чего-то большего, важного и удивительного. Ведь это все было невообразимо!
Я повертела бокал с уже известным напитком в руке, поднесла к носу, снова вдохнула аромат, который и в первый раз заинтриговал меня, а потом аккуратно поставила его на колено, придерживая за тонкую ножку. Аромат был похож на желтое манго с цветочными нотками. Боковым зрением я отметила, что Боун умиленно наблюдает за моими действиями и не спешит пригубить из своего бокала.
– Я уже пробовала его сегодня. Подругам не понравилась моя реакция,– улыбнулась я.
– Сиера Кира, его лучше пить маленькими глотками и о-очень медленно,– посоветовал Боун.
Мне стоило попробовать. Ведь вкус был божественным!
– Можно просто Кира. За знакомство?– весело протянула я бокал к бокалу Боуна и предусмотрительно пояснила:– На Земле это традиция, и бокалы с напитками должны соприкоснуться до характерного звона.
Боун с удовольствием поддержал земную традицию, и мы оба улыбнулись, услышав тонкий звон бокалов.
В это мгновение посреди зала появилась черная тень. Послышались шепот и ахи. Это была Шаола. Я уже не смущалась такой привычной реакции тэсанийцев на моего даэгона. Но Шаола коротко осмотрелась, отошла к стене, чтобы не пугать тэсанийцев еще больше, и величественно прошествовала вдоль нее к нам с Боуном; приветственный взгляд, понятный только мне, и, не обращая внимания на суету, расположилась у моих ног. Я и сама не знала, почему она появилась. Шаола не была обеспокоена, более того, она с интересом наблюдала за моим новым знакомым. А я почувствовала спокойствие и легкость.
– А это моя Шаола!– представила я даэгона и пригубила янтарный напиток.
Мои глаза расширились от удовольствия. Сравнить вкус было не с чем: не все фрукты на Земле я могла попробовать. Но запахи знала почти всех. И Боун был прав, маленькие глотки позволяли ощутить богатство вкуса напитка: тот раскрывался совсем с иной стороны. Ощущения были другие, чем в первый раз: никакого головокружения, жара. Видимо, первая реакция моего организма была слишком бурной.
– М-м, вкусно!
– А дальше будет вкуснее, Кира,– подмигнул мужчина и кивнул на даэгона:– Великолепное существо!
– Вы правы, даэгоны умеют поражать.
– Вы дружны,– констатировал он.
– Ох,– согласно выдохнула я и ласково коснулась острого ушка Шаолы,– даже не знаю, что бы я делала здесь без нее. А скажите, сиер Боун, как давно вы здесь?
– Уже пятьдесят девять лет.
– Ого!– округлила глаза я.– Да, наверное, вы привыкли ко всем местным правилам, ритму жизни?
– Выбора не было.
– Звучит грустно…
– Нет, это логическое заключение. Грустно не было. Я исследователь по натуре, поэтому новая планета меня увлекла. А жить с новым родом, не приспособившись к его традициям, – это как минимум глупо.
– Вам было легко привыкать?– рассматривая его большое лицо и по-своему красивые глаза с горизонтальным зрачком, искренне поинтересовалась я.
– По-разному. Иногда я забывал вести себя как подобает, но тэсанийцы – довольно терпеливый народ. К тому же их есть за что уважать. А уважение – повод сосредоточиться на оттачивании навыков общения в новом окружении.
Он был совершенно прав. Тэсанийцы и меня восхищали. Но в определенные моменты мне не хватало терпения. И это было постыдной частью моего обучения.
– Сиер Боун, а к какому роду вы принадлежите? У нас это называют фамилией. Балагоева – это моя фамилия, которую носят и мои родители, помимо своего имени.
– На Кариасне нет рода,– понимающе ответил Боун.– Но здесь всем Тэсам дают принадлежность к одному из потерянных родов, если мы не выбираем какой-либо из существующих. Я принадлежу к Сойн-Тойна.
– Боун Сойн-Тойна? Звучит мягко… Интересно, и мне дадут?– рассматривая танцующих, улыбнулась я.
– Выбор большой,– ответил Боун и тоже оглянулся на зал.
Наблюдая за тэсанийцами, я не заметила, как осушила свой бокал. А маленькие рулетики-закуски на прозрачных блюдах-листах оказались к месту. На запах они походили на рыбью икру, но откуда мне было знать, какого она вкуса, я никогда ее не пробовала. Это мама безумно любила икру, и в нашем доме всегда была припасена баночка деликатеса. Но эта закуска оказалась очень вкусной!
