Квартира Джона Чейза находилась на четырнадцатом этаже, и Тристан решил, что, если ребята вознамерились просить милостыню у прохожих, вряд ли они захотят следовать за ним по стольким лестницам. Он был прав – уже на третьем пролете они потеряли к нему интерес и отстали.
Тристан и Сара, его сестра, тоже выросли в грязной многоквартирной башне, но по сравнению с «Бэйуотер-Хаус» то был дворец. Бетонная лестница была грязной, запах сырости, мочи и безысходности – удушающим. Поднимаясь все выше, Тристан видел в окна огни города, сиявшие далеко на горизонте. На десятом этаже кто-то когда-то разжигал костер, по стене было размазано огромное черное пятно сажи. Из сгоревшей пивной банки высыпался черный пепел выкуренной конопли.
Добравшись до четырнадцатого этажа, Тристан остановился на последней площадке. Крыши не было, и, когда он остановился, чтобы перевести дух, его легкие наполнил ледяной воздух. Он прошел по площадке мимо двери, где играла громкая музыка и лаяла собака. Вдалеке шумел город. Джон Чейз жил в конце площадки, на его входной двери было много царапин и вмятин, и среди них одна круглая, почти с обеденную тарелку величиной – возможно, от тарана. Тристан остановился снаружи и прислушался. Телевизор там, что ли, работал? Похоже, изнутри доносилась музыка. Он постучал, подождал минуту, постучал сильнее. Отчаянно заколотил кулаками по дереву.
Опустился на колени, чтобы заглянуть в почтовый ящик, но тот не открывался. Казалось, он чем-то заблокирован. Тристан достал мобильник и набрал номер стационарного телефона Джона Чейза, указанный на 192.com. Позвонил, и внутри квартиры отозвался телефон.
Из-за двери пахло чем-то странным. Как будто протухшей едой. Волосы на затылке Тристана встали дыбом. Этот полузаброшенный дом его пугал. Телефон в квартире продолжал звонить. Видимо, Роланд или Джон был на работе – вполне логично утром вторника. Тристан заглянул в грязное окно. Жалюзи были опущены, но он мог кое-что разглядеть в небольшую щель внизу. Из крана капала вода в раковину, полную грязной посуды.
У Тристана в сумке были отмычки. Он попытался дозвониться до Кейт и спросить у нее совета, но ее номер не отвечал. Он опустился на колени. Замочная скважина, очень старая, располагалась на уровне его талии. Это был не йельский замок – тут, по всей видимости, требовался большой старый ключ.
Тристан поставил портфель на пол, вынул продолговатый кожаный кошелек размером чуть больше, чем юридический конверт. В кошельке находился приличный набор отмычек и болванок. За последнюю пару лет Тристан прошел несколько курсов, научился методам наблюдения, сбора доказательств и, что ему нравилось больше всего, взлома замков. Пока у него не было особых шансов попрактиковаться, но теперь ему представилась отличная возможность.
Тристан огляделся. Коридор был пуст. Может быть, он поторопился с выводами? Что, если Джон-Роланд отсыпается после бурной ночи или просто отсыпается? Но запах из-за двери был невыносим. Тристан вновь обвел взглядом исцарапанную дверь и все-таки решился попробовать одну из отмычек. Вставил в замок, медленно повернул. Ничего не вышло. Он взял болванку с зазубренным краем. Воздух был ледяным, его руки быстро начали неметь. Он вставил болванку в замочную скважину, повернул, и дверь со скрипом открылась, выпустив поток теплого спертого воздуха.
Тристан вошел и тут же зажал рукой рот и нос. Было очень тепло, и сначала он подумал, что ужасный запах исходит от гниющей еды на кухне. Затем он прошел в гостиную. Она была очень просто обставлена и завалена книгами, журналами и коробками, сложенными у одной стены. В центре комнаты стоял единственный стул, повернутый к телевизору.
В кресле сидел мертвый человек в футболке и трусах. Его лицо навсегда застыло в гримасе ужаса – широко раскрытый рот, распахнутые глаза. Длинные спутанные волосы прилипли к голове, футболка была разорвана и, как и его голые ноги, забрызгана кровью. Стол лежал на боку, книги и бумаги валялись среди битого стекла. По стене над телевизором шла дуга засохших кровавых брызг. Сердце Тристана бешено колотилось, его трясло. Он обошел другие комнаты – ванную, где висела самодельная бельевая веревка, довольно опрятную спальню с аккуратно заправленной кроватью и стопкой книг на тумбочке. Вернулся в гостиную. На полке, заставленной книгами, лежало несколько сувениров: перистый кусок засушенного коралла, несколько резных деревянных шаров в миске. Две фотографии в рамках. На одной темноволосый мужчина и две молодые женщины стояли у водопада. На другой тоже было три человека: Роланд, Форрест и Роберт. Они стояли в каком-то зале перед шестью большими железобетонными квадратами по метру в высоту, расписанными фигурами людей, которые шли вдоль реки, стояли на горе и пасли овец. По-видимому, составленные вместе квадраты образовывали единую картину. Молодые люди улыбались, на них были перчатки, в каких обычно поднимают тяжести. Тристан быстро все сфотографировал, стараясь ничего не трогать.
