Это ужасно забавно, так что Кристофера пробирает на смех. Он устало укладывается, чтобы поспать: этот день был утомительным, так что он хочет отдохнуть. Возня вокруг тут же прекращается, Изекил и Джейсон исчезают из комнаты.
Через несколько дней им приходят хорошие новости. Звонит телефон, и из трубки раздается тихий голос: «Итан Олдридж мертв».
Криса это выбивает из колеи. Он знает, что его отцу было необходимо умереть, что это тот исход, который они с Изекилом запланировали, но это все равно бьет больнее, чем он ожидал.
Радость или ощущение свободы так и не приходят. Он сидит за столом с сэндвичем, намазанным малиновым джемом, смотрит на насыщенную розовую субстанцию поверх белого хлеба и не может заставить себя пошевелиться, чтобы откусить.
Рядом с ним радуются Джейсон и Изекил, а он словно застывает во времени. Кто-то заморозил Кристофера и все его чувства на несколько мгновений, чтобы затем открыть плотину. Эмоции затапливают, и они совсем не те, которых он ждет.
Горечь буквально чувствуется на языке. Отчаянье, гнев, грусть и липкое бессилие. Все это окружает его плотным коконом, сжимает грудную клетку, заставляет приложить руки к горлу. Боль такая сильная, что кажется физической.
В глазах возникает помутнение, а потом на джем падает капля, затем еще одна. Изекил с Джейсоном замирают, замолкают, смотрят на Криса удивленно, шокированно и даже испуганно. Он поднимает голову, но не видит лиц – все слишком расплывчато.
Он плачет. Скорбит по тому, кто сделал все, чтобы разрушить его жизнь. В его глазах все еще стоит картина, где отец прижимает его к себе в единственных объятиях, которые подарил ему за всю жизнь. Крис так и не сумел добиться их снова и больше никогда не сможет даже попытаться. Холодные руки Итана не подарят тепла ни Себастьяну, ни ему самому. Смерть отнимает надежду на признание. Эта надежда билась ослабленной птицей у него под ребрами все это время, но теперь и она испускает дух.
Джейсон подходит к нему первым, молча обнимая. Кристофер вцепляется в его рубашку как в спасательный круг, боится утонуть в своих эмоциях. Его отец и хозяин не заслуживает этой скорби, и Олдридж точно знает, что он никогда бы не принял его как сына, что бы он ни сделал. Все это не имеет значения для того маленького Криса, которому отрезали крылья, и все это не имеет значения для него, почти свободного Кристофера, готового распустить новые крылья, которые поднимут его на совсем иные вершины.
Изекил присоединяется к объятиям чуть позже, приносит платочки и помогает умыться. Крис благодарен друзьям за отсутствие комментариев о том, что его скорбь неуместна, и о том, что они должны радоваться. Он уверен, радость придет позже, но сейчас ему нужно время, чтобы пережить другое.
Пока Кристофер приходит в себя, сжимая в руках чашку чая с какой-то успокаивающей настойкой, Изекил что-то сосредоточенно печатает на компьютере. Олдридж провожает его взглядом, когда тот уходит из комнаты. Впрочем, он очень быстро возвращается: в руках у него бумаги. Выписки и чеки. Крису нужно расписаться.
Ждать, пока Кристофер вернется в форму, нельзя, так что Изекил берет на себя его выкуп у государства. Ворону остается лишь поставить подпись, и он без раздумий делает это. Ручка скользит по бумаге – еще никогда не было так легко расписываться.
С этого момента он больше не вещь, он член общества. И с этого момента начинается совсем другая игра, но пока у них еще есть время, чтобы глотнуть воздуха, прийти в себя и подготовиться к новой битве.
Кристофер сидит за столом вместе с Изекилом, напротив них перебирает бумаги семейный юрист Фейнов и тяжело вздыхает. Все еще остается очень много дел, но они совершили огромный рывок вперед. Джейсон стоит позади, прислонившись спиной к стене.
За два дня они успевают связаться с хозяйкой Коуэлла. От денег, которые они предлагают за Джейсона, просто невозможно отказаться. Это огромная сумма, особенно если учесть, что Джейс находится в бегах все это время, прибыли не приносит, а последние пару лет только и делает, что создает проблемы.
Основная трудность – бумаги. Нужно составить ту, что освобождает Джейсона, заказать документы, добиться от университета того, чтобы Кристоферу выдали новый диплом. Несмотря на то что закончил его, когда был в рабском положении, образование он все же получил.
Последним, но, пожалуй, самым важным делом остается иск о присуждении доли в наследстве. Нужно думать сразу о двух вещах: во‐первых, стоит бумаге попасть на стол, как Себастьян тут же подаст заявление, где будет требовать возбуждения уголовного дела против Кристофера из-за смерти Итана. Несмотря на то что Крис был очевидно не причастен, уголовное дело затормозит суд. А во‐вторых, придется доказать, что Кристофер, даже будучи зверочеловеком, бывшим рабом, тоже имеет право на это наследство. Человеческие предрассудки сложно преодолеть. Но стоит только создать прецедент, как возможность такого исхода подтолкнет других к действию, распространится по стране пожаром.
