Ник пожимает плечами, а потом кивает. Кристофер не осуждает: как будто им еще что-то остается. Каждый выживает как может, он сам воровал буквально несколько дней назад. Олдридж никогда не мог назвать себя человеком высоких моральных принципов, так что никаких угрызений совести по этому поводу не испытывал. Тем более если все это ради выживания.
– Все, хватит болтать! Иди уже, не мешай мне работать.
Кристофер улыбается, быстро натягивая футболку. Здесь все действительно заняты, так что замедлять их работу не хочется. Он испуганно ойкает, когда неожиданно ему в руки прилетает трость, брошенная Ником.
– И не смей пропускать перевязки.
В этот раз Олдридж открыто смеется и кивает.
– Спасибо, док.
Он опирается на трость. Так ходить действительно легче. Кристофер спускается со второго этажа и выходит на улицу. Вспомнить, откуда он пришел, не так уж и сложно: на улице всего-то шесть домов. Он заходит внутрь одного из них – и вот теперь точно не знает, куда идти.
Эллиота и самого Изекила нигде не видно, так что он просто шагает вперед, надеясь встретить кого-то, кто подскажет ему, где сейчас последний.
Долго плутать не приходится: его замечает девочка, выбегающая с пачкой листов.
– О, господин Кристофер? А Изекил теб… вас давно ждет. Он наверху, в кабинете!
Девочка смотрит с любопытством, и под этим взглядом Кристоферу становится немного некомфортно.
– Угу, спасибо.
Он решает просто быстро сбежать, чтобы не испытывать неловкости. Девочка чего-то ждет, и он понятия не имеет, чего именно. Кристофер поднимается наверх и стучит в первую дверь, откуда тут же слышится голос Изекила, разрешающего зайти.
Кристофер проходит внутрь и осматривает обстановку. У дальней стены стоит большой заваленный бумагами стол, сам Изекил сидит в кресле перед маленьким журнальным – на нем располагается шахматная доска с фигурками ручной работы. Джейсон вальяжно разваливается на диване напротив.
Он медленно и лениво приоткрывает глаз, отмечая, что вошел именно Кристофер, хотя, наверное, мог понять и по запаху.
– От тебя воняет медикаментами.
– Удивительно даже! Я ведь не у врача был, а так, на прогулке.
Джейс морщится и закатывает глаза.
– Не занудствуй.
Крис фыркает, обращая внимание на шахматную доску. Изекил молчаливо наблюдает за ними все это время, словно это представление они устраивают специально для него.
Кристофер берет в руки черного коня и переставляет, а Изекил молчаливо приподнимает брови и ходит в ответ. Олдридж присаживается на подлокотник свободного кресла и делает следующий ход, пока Джейсон наблюдает за ними из-под полуприкрытых век. Его серые волосы в полнейшем беспорядке, и рука, их ворошащая, не делает картину лучше. Кристофер обращает внимание на Джейсона лишь краем глаза. Почему-то, когда тот оказывается в непосредственной близости, становится как-то спокойнее.
Сейчас Кристофер чувствует себя так, будто каждый вечер его жизни должен проходить именно так: за шахматной партией с сильным противником, пока Джейс скучающим взглядом наблюдает за ними, совершенно не заинтересованный игрой.
Через пару минут Крис садится в кресло как следует, устав сидеть на ручке. Он переставляет очередную фигуру. Сейчас он проводит наступление. Белые фигуры исчезают с доски, но стоит ему произнести «шах», как ситуация в мгновение меняется. Кристофер, уничтожающий оборону противника, совсем не заметил, как сам идет прямо в капкан. Попался, и теперь вся игра буквально за пару ходов разворачивается в пользу противника.
Ход, и еще один. Крис ощущает, как контроль выскальзывает из его пальцев. Бесплодные попытки вернуть преимущество лишь усугубляют положение. Шахматы словно война. Каждый стремится к победе, но рано или поздно один сожрет другого.
– Шах и мат.
Крис вскидывает руки, демонстрируя, что сдается. Изекил улыбается, и эта улыбка заставляет забыть о проигрыше. Если каждый раз будет видеть такое выражение, он готов к каждому проигрышу, который его ждет. Джейсон скептически наблюдает за ними.
– Давно у меня не было такой хорошей шахматной партии.
– Я проиграл.
Кристофер фыркает и закатывает глаза.
– Но очень благородно с твоей стороны подсластить горький проигрыш сладкой пилюлей.
Изекил качает головой, но ничего не говорит. Крис ловит на себе его заинтересованный взгляд.
– Итак, Джейсон уже согласился присоединиться к охотничьему отряду. Его волчьи инстинкты будут как раз кстати. Что насчет тебя?
– А что насчет меня?
– Что ты умеешь?
Кристофер задумывается. Что он умеет? Много всякого, на самом деле, но вряд ли хоть что-то из этого может быть полезно. Он – образец элитарного воспитания. Много теории, искусств, экономики, политики, но никаких практических знаний. Кем бы он ни был для своей семьи, его все равно окружали слуги, которые стирают, готовят, убирают.
– Вижу, тебе сложно. – Изекил понимающе кивает, а потом пересаживается за рабочий стол и смотрит на кипы бумаг, которые заполняют буквально весь стол, не оставив на нем пустых мест. – У меня есть для тебя предложение.
Кристофер поднимает голову. Он не перебивает, ему и правда интересно, что собирается сказать Изекил.
