Теперь я знаю тайну Аделантадо. Он посвятил меня в нее вчера у костра, стараясь, чтобы Яннес нас не услышал. Одни говорят, будто он нашел месторождения золота; другие считают его главарем бежавших в сельву негров, думают даже, что у него есть рабы, а есть и такие, что воображают, будто у него в сельве гарем и что поэтому он никого не берет с собой туда, так как не хочет, чтобы его наложницы видели других мужчин. Правда намного прекраснее. Когда он коротко мне ее поведал, я был очарован теми возможностями, которые мне пригрезились и которые – я твердо уверен в этом – не способен даже вообразить себе человек моей среды. И прежде чем заснуть под навесом в гамаке, который мирно поскрипывал, раскачиваясь на веревках, я сообщил Росарио сквозь сетку своего ложа, что мы продлим наше путешествие еще на несколько дней. Я боялся услышать в ее ответе нотки усталости и разочарования, боялся, что она капризно, по-детски попросит вернуться назад, но она с удовольствием согласилась. Ей неважно, куда мы направляемся. Похоже, ее мало заботит то, что существуют места дальние и близкие. Скорее, для нее вовсе не существует представления находиться далеко от какого-то излюбленного места, наиболее благоприятного для человеческого существования. Для Росарио, которая может пересекать границы, не меняя при этом языка, для нее, никогда не собиравшейся пересечь океан, центр мира расположен там, где в полдень солнце светит над головой. Она – женщина земли, и пока она ходит по земле, и может есть, и здорова, пока у нее есть мужчина, которого она удовлетворяет и сама при этом испытывает то, что она называет «радостью тела», – она отвечает своему призванию. Призванию, смысл которого не следует чрезмерно анализировать, ибо оно подчиняется столь сложным законам, а механизм его настолько темен, что, во всяком случае, человек не способен его объяснить. По этой же причине она любит повторять, что «дурно думать о некоторых вещах». Себя она называет Твоя женщина, говоря о себе в третьем лице: «Твоя женщина засыпает…», «Твоя женщина тебя искала…» В том, что она постоянно употребляет притяжательное местоимение «твоя», я чувствую твердость, с какой она очень четко определяет наши отношения, для которых никак не подходит слово «супруга». «Твоя женщина». Это понятие появилось раньше, чем любые контракты, любые таинства. Это понятие заключает в себе первозданную истину слова «матка», которое ханжи, переводящие Библию, заменяют словом «чрево», лишая тем самым полноты древние пророчества. Надо сказать, что эта простота и ясность определений вообще характерна для речи Росарио. Когда она говорит об интимных вещах, связанных с ее физиологией, о которых я как возлюбленный должен знать, она прибегает к выражениям недвусмысленным и в то же время стыдливым, что напоминает слова Рахили о «женских привычках», сказанные ею в разговоре с Лаваном. Единственно, о чем Твоя женщина просит сегодня, это чтобы я взял ее с собой, куда бы ни направился. Она захватит свой узелок и последует за мужчиной, не задавая вопросов.
