После двух часов пряток от себя и сотрудников зоопарка (на смену должен заступить Ким), Тед решил вернуться к своим прямым обязанностям. Ноги толкали его от земли, но он снова падал на неё то правой, то левой ногой. Так, человек передвигается по поверхности меленькой песчинки на просторах Вселенной. И любое движение — это упорядоченное падение. Тед шёл домой. У него теперь есть дом. У него теперь есть семья. Он нёс в себе решение. Его не нужно было икать или принимать, оно всегда было в нём — идти своим путём.
Заняв за стойкой своё место, Тед приступил к привычным обязанностям. Начинался пик наплыва посетителей. Кайл брал на себя основную работу. Официантки разносили заказы (Джил не было видно). Вглядываясь в знакомые и незнакомые лица посетителей, Тед искал «пёрышко». Ему пару раз казалось, что он увидел печать Светлых (отходящей от физического тела энергии, которая вызывала на коже ощущение мелких мурашек или гусиной кожи), но это были прядь седых волос и реальное пёрышко, застрявшее в волосах фермера. Полный зал паба пробудил Красавчика. Высказав своё неодобрение, он снова ушёл в глубину формирующейся личности Теда, оставив за собой след неприязни. Теперь бармен взирал на посетителей паба как на названных гостей, от которых хотелось поскорей избавиться, а после их ухода — убрать помещение, очистить от любых следов их присутствия.
Взяв очередной бокал, Тед начал его «очищать», составляя план по уменьшению числа гостей. Натирая бокал, он боялся поднять глаза выше уровня рук посетителей, не желая встречаться сними взглядом или видеть выражения эмоций на их лицах. Он осознал, что таким образом обезличивает своих посетителей, не оставляя им права на жизнь в его пабе, в его жизни. Только ради двух человек готово было биться его сердце, работать мозг — Джил и Ким. Ким был его заданием, работой, планом Организации. Позволив себе дать ему имя, Тед проявил его для себя как личность, имеющую право на жизнь, на собственные взгляды и интересы. Что-то человеческое (несмотря на всю абсурдность этого слова) проснулось в бывшем Красавчике (социопате, мизантропе и мизогине). Изъяны в отношениях к другим людям, заставили Красавчика переродиться в Теда, но окончательна трансформация в человека ещё не произошла. На плодотворную почву приятия права на жизнь другого человека упало семечко симпатии к Джил.
Тед закрыл глаза и попытался найти, почувствовать энергию Джил, вызывая в памяти последние объятья, поцелуй. Но она была далека, недоступна для ментального вызова (занята другими делами?). Оставалось прибегнуть к старой уловке — пустить в физическое тело Луи. Но и этого он теперь не мог себе позволить. Конечно, Светлые не будут его подлавливать на выходе из тела, но тонкий намёк отца Верна, показал, что на такое замещение способны и Тёмные.
В памяти всплыл образ Банкира, сидящего напротив, источающего миазмы брезгливости к «грубой», биологической форме жизни (к физическому телу человека), прикрываясь «аллергией» на специфический запах Помойки (от которого он давно избавился). Всматриваясь в почти материальный образ, Тед заметил странную кляксу темноты в районе левого уха Банкира. Она походила на стильную серьгу в форме срывающейся капли или слезинки из тёмной, поглощающей свет субстанции. «Вот метка Тёмного», — пронеслось осознание. Этот кусочек пазла выдавил Теда из тела воспоминаний, заставил взглянуть на себя со стороны.
Нестерпимое пламя пожирало Теда, заставляя его сворачиваться в позу эмбриона, а затем в более компактную сферу (странно, он помнил о высасывающем жизненные силы холоде). Жар, заставивший обратиться Красавчика в глубь себя, выделил некую субстанцию, расплавил её, создавая новый центр, выделяя из орудия Организации новую личность — Теда. Тед смог, опираясь на две основы внутри своей осознанности (Тадеуша и неоформившемся чувстве к Киму и Джил) развернуться лицом к наполненной пламенем пустоте (а он помнил её непроглядной и холодной). Холод стеклянного бокала в его руке, вернула Теда в реальность. Вокруг шумели люди, их сердца бились, а лёгкие то наполнялись воздухом, то заставляли их сжиматься, позволяя звукам и эмоциям прорываться через звуковые связки. Прожигая грудную клетку Теда, пылала неоформившаяся субстанция, перенесённая им из воспоминаний. Эта боль была и приятна и выбивала сознание Теда из привычной колеи, так как его воспоминания несли полную противоположность увиденному им.
