— Не языком же мне её лакать? — Усмехнулся Вардан, предпочитая оформлять их мысленный диалог артикуляцией рта. — Я давно мотаюсь по белому свету без физического тела — привык. Как порядочному просителю мне придётся изложить в начале свою душещипательную историю (по её окончании, желательно всплакнуть вместе со мной), а потом врезать своим предложением, чтобы ты не смог отказаться.
Во время своего повествования дух вёл себя как эмоциональный (южный темперамент) человек, жестикулировал, ёрзал на стуле, часто совершая движения, словно он готов унестись за доказательствами на другой край света.
— Информация о дате и месте моего рождения, как и о времени моего становления как личности, не имеет ни материальных подтверждений, ни несёт полезной информации. — Вардан сопровождал «текст» тщательной артикуляцией, но на каком языке говорили его губы, Тед понять не мог. По настрою и энергетическому состоянию духа, походило на то, что он отвык общаться с живыми людьми, забыл, как жить в физическом теле. — Первые сто лет я провёл в скитаниях по свету, ища подтверждения святости мест, людей. Это было приятной стороной моей жизни. Обратной стороной была моя специализация на язычестве, демонологии и общении с неуспокоившимися духами (нудные и самовлюблённые развоплощённые).
На сто убежавших от Света сущностей, приходилась одна Светлая. Неся в себе свет веры, Вардану удавалось не поддаться на искушения, мольбы и тайные знания идущих другими, отличными от Света, путями. Информацию он собирал, проверял её на практике. Набравшись опыта с удивлением, заметил свой почтительный возраст (физическое тело не выглядело старше сорока лет), стал замечать вокруг себя пересуды и сомнения в чистоте его веры. Вардан и сам задумывался о чистоте веры действующей церкви, после общения с духами первых верующих, видевших Бога везде, а не только в лоне церкви. Так, с облегчением для себя и удовлетворением для «святых отцов» (по решению синода) вышел из сана. Выбрав путь посредничества между Светлыми и остальными «цветами», стал искать выход (дематериализоваться), не потеряв связи между душой и духом.
Вращаясь в «кругах» всех конклавов, сопровождавших души после смерти, Вардан не находил ни один из путей приемлемым для себя (он не готов был прощаться с миром людей). Предоставленный самому себе, впервые за полную жизнь человека (кажется, ему перевалило за сто лет), он решил найти свой путь. На пути Света имелись практики вознесения, но нужно было слиться с общим Светом. Путь Тьмы тоже находил последователей в этом мире, но там двигателем к развитию был страх перед Великим Небытие. И те и другие проводили свои «эксперименты» на Земле, повергая её жителей в страх или радость от воцарения полного их царства (в перспективе будущего).
Опираясь на практики этих двух противоборствующих сторон, можно было найти компромисс, подходящий для целей Вардана. Зная, как тяжело Светлым материализоваться в этом мире (получить разрешение), было и понятно их бережное отношение к данной им физической оболочке (не стоит упоминать при отце Верне моё имя). Тёмным, которым пребывание в этом мире обеспечивал контракт, было проще с телами. То, что они не получали право появляться в этом мире через рождение, мало беспокоило Вардана (он уже был рождён). Оставалось сложить дважды два, чтобы получить нужное решение.
В самый разгар изысканий, ему предложили быть посредником для молодой серой организации. Действия Президента Организации вызвали симпатии у Вардана. При личной их встрече расстриге (каковым Вардан являлся фактически) было предложено перейти на серую сторону. Как аванс Вардану был «задан» вектор для поисков на мучивший его вопрос. Проверив правильность направления «вектора», бывший расстрига стал членом Организации.
Уладив накопившиеся противоречия между Организацией и остальными силами, проявляющими свой интерес к людям, Вардан стал «левой рукой» — Советником Президента. Его забавлял тот факт, что ни одна из сторон Силы не могла уничтожить ни Президента, ни его правую руку (один из Первых, осознавших себя в рождающейся Вселенной, источник силы и знаний для Президента). Оставалось фактом то, что, не избавившись от материального тела, ему не удастся полностью реализовать свою мечту, высвободить все свои способности (с этим можно было работать).
Время пролетело быстро, без счёта. За плечами левой руки было столько дел и переговоров, что хватило бы на десяток жизней продвинутых людей. Оставляя время для собственных экспериментов, путём проб и ошибок был найден нужный «рецепт». Нужно было связать себя с предметами. Сделать их дорогими «сердцу», полюбить их как живые сущности (или наделить правами сущности). Бремя жизни (физическое тело начало уставать от проделанной работы и прожитых лет) начало тяготить всё сильней. Нужно было решиться на последний шаг — дематериализацию (смерть), остальное уже было готово.
