Ши Мин с совершенно бесстрастным лицом мысленно захлопал в ладоши, отдавая должное актерскому дару Цзыяна.
Не подозревающий о волне негодования, все выше поднимающейся в душе собеседника, император продолжил:
– Через несколько дней моя невеста с небольшим количеством охраны нанесет визит. К сожалению, я не могу покинуть дворец, но ее должен встретить либо я, либо другой представитель семьи. Но просить Юкая…
Император многозначительно замолчал. Побарабанив пальцами по темному дереву стола, он вздохнул и впился в лицо Ши Мина неожиданно тяжелым взглядом.
– Мне стало известно об очередном заговоре. Принцессу могут попытаться перехватить, большой охраны она с собой взять не сможет: слишком много людей заняты сейчас поддержанием мира. Не стоит объяснять, к чему приведет захват принцессы Сибая и по совместительству моей невесты. Ее должен встретить Юкай с отрядом и сопроводить во дворец. Но я опасаюсь, что брат, до сих пор не отошедший от вашей свадьбы, еще хуже воспримет новость и о моей скорой женитьбе. Он собственник и очень ревнив. Возможно, он постарается помешать мне. Не исключаю, что им могут воспользоваться или втянуть в заговор.
Ши Мин недоуменно смотрел на мужчину перед собой. Спокойное выражение лица удавалось сохранять с большим трудом. Насколько же плохо старший брат знал младшего, что мог предположить такую глупость? Интриги, предательства, похищения девушки за спиной Цзыяна?
Юкай не мог настолько измениться. Придется принять на веру тот факт, что Ду Цзыян так отдалился от брата, что совсем перестал его понимать.
– Я не хочу просить его, но, если поедете вы, он непременно увяжется следом. Хотя и между вами сейчас есть недоразумения, я надеюсь, что за это время вы сможете их разрешить. А уж если вам удастся уговорить его вернуться к своим обязанностям и бросить эти глупые игры… Я даже не буду сообщать ему путь, по которому пойдет отряд. Пусть это останется в тайне. Перед отъездом я передам карту – никому не показывайте ее, даже Юкаю. Изучите маршрут и сожгите ее.
Глядя в утомленное лицо Ду Цзыяна, Ши Мин отчетливо осознал, что вся эта криво сшитая история не выдерживала никакой критики. Либо императору действительно срочно необходимо вернуть младшего брата из затянувшегося отдыха, и он надеется на возвращение прежнего послушного главнокомандующего, либо…
Слова Мастера всплыли в памяти. Мог ли Ду Цзыян воспользоваться этой ситуацией в своих интересах?
Пусть Ши Мин и знал императора с самой юности, но до сих пор не смог разгадать, насколько хитроумным тот мог быть. Оставалось только искать скрытые смыслы и держаться начеку, чтобы успеть увернуться от удара, не понимая даже, существует ли опасность и куда она направлена.
– Я всегда мог доверять только Юкаю, – негромко проговорил правитель. – Теперь я не могу доверять даже ему.
Едва заметная дрожь, стиснутые пальцы – император выглядел отчаявшимся, едва ли не сломленным. Ши Мин невероятным усилием воли удержался от язвительного комментария и отвел глаза. Если бы Ду Цзыяну действительно некому было доверять и не на кого опереться, кроме брата, он не получил бы трон. А если бы каким-то чудом и получил, то слетел бы с него спустя несколько дней.
Должно быть, годы в походе сделали свое дело и подточили умение Ши Мина скрывать свои эмоции. Посмотрев на его лицо, император замялся, но потом решительно проговорил:
– Я и вправду сомневался в тебе, когда услышал речи Юкая. Мне казалось, что его упрямство – твоя вина. Между тем вся история нашего рода, начиная с основателя, остается историей об упрямстве; я совсем об этом позабыл. Клянусь, у меня и в мыслях не было придумывать хитроумные ловушки, чтобы забрать твою власть.
«Я не желаю больше об этом думать», – мысленно пробормотал Ши Мин и поклонился.
– Здесь ведь есть еще несколько выходов? Могу я воспользоваться?..
Ду Цзыян понимающе вздохнул, поднялся и подошел к стене, украшенной яркой, в человеческий рост, вышивкой. На тонком шелке расцветали нежные цветы, обрамляя двенадцать символов цикла – одиннадцать шитых серебром небольших фигурок и золотого массивного дракона в центре.
