Ши Мин сердито цокнул и отвернулся. Даже не видя лица наставника, Юкай точно знал, как именно тот закатил глаза после этих слов и в каких выражениях готовится отчитать. Не стоило сразу испытывать на прочность весь его запас терпения, поэтому предательскую усмешку юноша скрыл.
Усадив Ши Мина на плоский камень, накрытый плотной накидкой, он вытащил из сумки рыхлый моток ниток и иглу. Устроившись на относительно сухом пятачке, опустился на колени и притянул поближе руку с разорванным рукавом. Сосредоточенно расправил прореху, соединяя края.
Три месяца, проведенные Юкаем наедине с собственными мыслями, все расставили по своим местам. Никакого выбора между двумя близкими людьми нет и никогда не будет – он поддержит брата, постарается стать для него опорой, но не позволит больше вмешиваться в свою жизнь и уж тем более не позволит навредить наставнику. И ошибок он больше не допустит.
– Вопрос?.. – напомнил он, накладывая первый стежок.
Ши Мин, глядя на уверенные, пусть и не очень быстрые движения юноши, едва слышно вздохнул.
– Скажи, что я должен сделать, чтобы ты отвернулся от меня? – темно-каштановая макушка Юкая с неукротимыми вихрами, склонившаяся над рукавом, замерла одновременно с иглой в его руках.
– Даже не надейся, – глухо отозвался юноша, снова с остервенением втыкая иглу в ткань.
– Нет, я не ищу способ отделаться от тебя, – торопливо успокоил Юкая Ши Мин, прикусив губу, чтобы не рассмеяться.
– Что-то непохоже, – продолжал едва слышно бубнить разочарованный ученик.
Ши Мин рассмеялся и подцепил Юкая под подбородок, заставив поднять голову. Солдаты, расположившиеся неподалеку, занимались своими делами и вполголоса беседовали, не обращая на них никакого внимания.
Заглянув в удивленные глаза, Ши Мин мгновенно стал серьезен.
– Спрошу иначе. Чего я не должен делать, чтобы не потерять твое уважение?
Юкай на мгновение замер, по-детски приоткрыв губы.
– Ты не должен меня больше спасать, – отчетливо проговорил он. Длинные ресницы едва заметно дрогнули. – Не должен прикрывать меня. Жертвовать собой.
Ши Мин вытащил из рук ученика залатанный рукав и выпрямился.
– Очень надо мне тебя спасать! – с невозмутимым лицом отрезал он.
Юкай, глядя на него снизу вверх, беспомощно вздохнул.
– Дай мне слово, – негромко и упрямо проговорил Юкай. – Слово, что ты не станешь собой рисковать из-за меня.
Несколько мгновений Ши Мин смотрел на него, предзакатные солнечные лучи жидким золотом стекали с его волос и зажигали ясные огни в глубине черных глаз. Юкаю вдруг показалось, что рядом с ним не человек вовсе, а посланник солнца. В полном молчании наставник опустил веки и отрицательно качнул головой.
– Я не могу дать тебе слова, я не сдержу его. Только одно могу сказать, – тихо отозвался Ши Мин, со скучающим видом поднимаясь на ноги, – будь внимателен и осторожен. В этот раз все может пойти совсем не так, как нам того хотелось бы. Помни одно – внесший смуту и разлад в ряды врагов победит еще до начала сражения.
Повозка с госпожой Фэн Жулань, двумя возничими, служанкой и четырьмя охранниками прибыла ближе к полуночи. Цокот копыт растянуло по ущелью, и эхо принялось бросать его о каменные стены.
– Ну наконец! – проворчал изрядно замерзший Ши Мин и плотнее завернулся в накидку, взбираясь в седло. Под накидкой прятался прочный нагрудник. Юкай вытащил заготовленный плащ, с шорохом развернул и набросил на плечи, застегнув фигурную пряжку.
– Интересно, почему нам нельзя было встретить принцессу прямо у границы, – ехидно заметил он, расправляя яркую ткань. – Захваченные территории не показались брату опасными?
– Перестань, – Ши Мин оглянулся на отряд, выстраивающийся позади двумя ровными рядами. – После возвращения нам нужно будет поговорить без лишних ушей.
– Нравоучения, – проворчал Юкай и поджал губы. – Сейчас никто нас не слышит, не волнуйся. К тому же Цзыян знает, что это только мое мнение и не имеет к тебе никакого отношения.
Ши Мин раздраженно закатил глаза.
– Как будто я только о себе волнуюсь, – пробормотал он и резким ударом пяток послал лошадь в галоп.
Повозка была неказистая и неприметная – тонкие деревянные стены, грубоватая дверца, два небольших прорезных оконца. Изнутри сочился теплый желтоватый свет. На мгновение в окошке показался смутный абрис бледного лица, но тут же исчез.
