Вивиан не спеша подошла к двери и приглашающе приоткрыла ее, круговыми движениями поглаживая живот. Мое тело неожиданно отозвалось громким урчанием, требующим завтрака, и я покорно последовал за наемницей. Так или иначе, я бы все равно выполнил это условие – небольшая цена за восполнение столь раздражающих пробелов. Вив молчала, испытывая мое терпение, до тех пор, пока стол не заполнился всем, что имелось в закромах лучших домов Фадрейна – вяленым мясом, темным хлебом, твердым сыром и подтаявшим сливочным маслом, – а над ее кружкой не возникло облачко обжигающего пара.
– Тетушка обрадовалась, что нашла двух охмелевших дурачков, и подсела. Поначалу решила, что мы пара, – поморщившись, произнесла Вив, и мы одновременно содрогнулись. – Ты уже в тот момент вытащил когти, чтобы расцарапать ей лицо, но я уговорила подождать. Стало жутковато, когда она начала нас рассматривать. Взгляд у нее был какой-то… недобрый. Вот как у тебя сейчас.
– Странно, что убийца не знает, как выглядит по-настоящему недобрый взгляд.
Вив бросила в меня надкусанный кусок хлеба. Он отлетел, оставив на щеке масляный след.
– И что же она нагадала?
– Сказала, что тебя будет преследовать удача, если ты обрежешь волосы.
– Молю, не говори, что я сделал это из-за ее слов…
– Шутишь? – Вивиан едва не подавилась из-за нового приступа смеха, куда более сильного, чем прежние. – Ты так разозлился, что даже не дал ей продолжить. Стянул с себя сюртук и бросил его в камин, а потом схватил тетушку за руку и начал творить свои волшебные штучки! Шептал ей какие-то страшные предсказания… она так испугалась, что выбежала отсюда в слезах. А я хотела послушать, каких небылиц она мне нагадает!
– Если хочешь, я могу тебе погадать, – ухмыльнулся я.
– Ну уж нет, – прогрохотала Вив, отодвигая стул. – Такого я точно не переживу.
Я с опаской прикоснулся к мясу – выглядело оно скверно, но аромат источало весьма аппетитный. Горы перца и соли скрасили посредственный вкус, а потому я все же съел несколько тонких ломтиков, ожидая части рассказа, к которой Вив будто бы не желала приступать.
– И все же, как это… – указал я на волосы, – могло произойти?
– Это… После слов гадалки я сказала, что короткие волосы и впрямь были бы тебе к лицу. А ты согласился. – Вивиан чуть понизила голос, лишив его уверенности. – Вытащил нож и приказал резать.
Я тяжело выдохнул. Разумеется, я был полон энтузиазма, ведь идея превратиться из изящного, наводящего ужас чародея со шлейфом белоснежных волос в коротко остриженного мальчугана – лучшая из тех, что могли прийти мне в голову. По большому счету, прическа не имела никакого значения – как бы я ни выглядел, моя слава шла далеко впереди, закладывая в умы нужные мысли еще до того, как я предстану взору. Но потеря привычного уклада добавляла ненужной жажды вновь расставить все по порядку.
– Если тебе не нравится, почему бы не вернуть им длину? – задумалась Вив. – Разве чародеи не могут менять внешность? Я слышала, что ты…
– Да, – перебил я ее. – И чуть многим за это не поплатился. Лучше обходиться иллюзиями. Все изменения, направленные на себя, даются чародеям сложно, так что, если увидишь кого-то вроде меня, знай, что снаружи они куда честнее, чем внутри.
Во времена учебы в чародейской школе глава Гептагона всегда уверяла нас, что кто-то в Эмеррейне ведет счет. Каждое пятно на репутации якобы умаляло благосклонность богов, лишая сил и удачи, но это не объясняло того, почему злодеи и бесчестные ублюдки вроде меня обладали бо`льшим количеством сил, чем их благодушные соратники, и уж тем более того, почему простые люди так часто гибнут от рук беспринципных богачей.
– Тогда оставишь? – с нескрываемой гордостью поинтересовалась Вивиан. – Они же не совсем короткие! Да, спереди я чуть перестаралась, но сзади они почти достают до плеч…
– Оставлю, – подтвердил я, почему-то радуясь, что польстил ей. – И сейчас же похвастаюсь новым образом перед всеми обитателями Ателлы.
Вивиан просияла, но задумчиво уставилась куда-то в сторону, чтобы скрыть это от моего взгляда. Иногда она казалась мне безжалостной убийцей, совершенно не заботящейся о чужих чувствах, но на струнах ее юной души все же можно было сыграть ту же мелодию, что и на прочих, нужно было лишь чуть открыться ей, чтобы она, ощутив безопасность, могла открыться в ответ. Раз уж поразительные боевые навыки не лишали ее очаровательных девичьих чар, глупо было полагать, что тяжелое ремесло лишит легкости нрава.
– Передай его величеству, что отплывать можно без меня, – попросил я Вив, мысленно отметив, что за спиной мы намеренно зовем короля не так, как он просил. – Я найду путь до Тэлфорда.
– Не забудь одеться.
Я вновь оглядел себя. Вид, который не удивил меня после пробуждения, все же был несколько неуместным для посещения столовой и уж тем более прогулки по коридорам Ателлы.
– Дельное замечание, – кивнул я. – Но там, куда я иду, меня видели и не таким.
