Мы не можем не ценить также Вашей преданности нашей Зарубежной Церкви, которую Вы мужественно и убежденно поддерживали в наиболее трудные дни ее жизни.
Обозревая ныне мысленно Ваш пятидесятилетний труд на поприще писателя, поднятие на благо Родины, Церкви и на «благое просвещение» русского общества, я от всей души призываю на Вас благословение Божие и свидетельствую Вам свое глубочайшее почтение, с коим остаюсь Вашим искренним доброжелателем.
Во Франции скончался русский писатель Андрей Митрофанович Ренников. Его гражданская фамилия была Селитренников, но всем русским людям он был известен под своей литературной фамилией – Ренников. Это был талантливый писатель, высокообразованный человек, подлинный русский патриот, верный сын Православной Церкви.
Он родился на юге России, насколько нам известно, в Баку[614], вырос среди величественной природы Кавказа. Он получил высшее математическое и философское образование, в молодости занимался философией, а затем с молодых же лет посвятил себя литературной и публицистической деятельности. Его писательский талант был настолько ярким, что он без труда был принят в число сотрудников «Нового времени» в г. С. – Петербурге, и до конца своей жизни оказался верным тем консервативным и патриотическим воззрениям, которые сложились у него в молодости, благодаря его острому математическому и философскому уму. Он принадлежал к тем, сравнительно немногим людям, которые имеют законченное и обоснованное мировоззрение, и остаются верными ему на протяжении всей своей жизни. В последние годы жизни его мировоззрение еще более углубилось, ярко просветилось лучами религиозной правды, и в своих статьях он возвещал не только об обычной жизни, но и о религии, и о Церкви, в их приложении к русской жизни. Как философ и математик, по складу своего ума он любил сосредоточивать свое внимание на вечных истинах, облекая их в литературную форму, доступную и привлекательную для читателя.
В публицистической деятельности специальностью Андрея Митрофановича были сатира и юмористические фельетоны. Эта наиболее трудная отрасль публицистики у А. М. Ренникова не была поверхностным смехотворчеством, а в большинстве случаев была проповедью жизненных истин – «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет». Некоторые из его фраз стали «крылатыми» в русском обществе.
После того, как в Петрограде «Новое время» при Временном правительстве закрылось, А. М. Ренников оказался на юге России, где он примкнул к Добровольческой Армии. В эмиграции, в Белграде, он был ближайшим сотрудником и деятельным помощником своего старого петроградского редактора М. А. Суворина и вместе с ним приступил к изданию «Нового времени» с тем только различием, что эта газета, когда-то богатейшая в России, – теперь издавалась в крайней бедности. Ее неизменное консервативное направление не отвечало духу времени, и это дело в течение нескольких лет велось героическим и самоотверженным трудом преимущественно двух лиц – старика М. А. Суворина и более молодого его верного соратника Андрея Митрофановича.
После закрытия «Нового времени» и смерти М. А. Суворина Андрей Митрофанович переехал в Париж, где стал сотрудником газеты «Возрождение», помещая в ней свои сатирические фельетоны.
А. М. Ренников не ограничивался газетными статьями и фельетонами. Он успел издать несколько своих книг, а также театральных пьес. Его книга, изданная в Нью-Йорке редакцией газеты «Россия» – «Минувшие дни» – носит характер воспоминаний из его многообразной журналистской деятельности, другая книга – «Моторизированная культура» – является распространенной, философски обоснованной сатирой на бездушность современной культуры, и естественным продолжением этой книги является его рукопись, присланная в газету «Россия» для издания: «Дневник будущего человека». В этом, отчасти фантастическом произведении, А. М. Ренников, проникая в жизнь грядущего времени, рисует бездушную жизнь человека, живущего в XXI веке, для которого завоевания техники оказываются рабскими цепями.
Андрей Митрофанович имел душу, стремившуюся к добру, к красоте, к истине. Он был очень скромен в своей личной жизни, никогда не принадлежал к так называемой «литературной богеме», которой тогда в России были богаты русские газеты, особенно так называемого «прогрессивного» направления.
Последние годы жизни Андрея Митрофановича были особенно трудны, вместе со старостью и болезнями пришла и нужда.
