Эмилий сказал, что принимал все как должное, ему и в голову не приходило взбунтоваться. Ей, Ирине, тоже не приходило… до вчерашнего дня. А тут все сразу свалилось — и Дельфин, и арест папы Карло, и осиротевшие спикеры, и недовольный директор библиотеки. А что с премьерой? Где искать нового папу Карло? Да и Виталя Вербицкий вполне может отказать от дома… Хотя нет, Виталя любит скандалы, его театр вечно в ореоле скандалов. Удивительно, что он до сих пор не позвонил, чтобы выразить поддержку и узнать подробности.
Расставшись со спикерами, Ирина побродила по парку, потом посидела около театра, потом перекусила в «Детинце», потом отправилась в «Мегацентр» поглазеть на бутички. Несколько раз звонила Татьяна Сергеевна, но Ирина сбрасывала звонок, а потом и вовсе отключилась, хотя знала, что за произвол придется ответить.
Часы на площади пробили десять. Ирина уселась в крошечной кофейне на втором этаже «Мегацентра». От запаха кофе ее уже мутило.
Разноцветная стекляшка «Мегаценра» напоминала аквариум — прозрачные стены, посетители как неторопливые рыбы, разноцветные нарядные магазинчики как разноцветная галька. Она помешивала в чашке пластиковой ложечкой, чувствуя, как устала, — впору свалиться на пол и закрыть глаза. Ирина представила, как падает на пол, и засмеялась.
Через дорогу сиял неоном самый крутой городской ресторан «Английский клуб» — он был виден как на ладони. Ирина подумала, что никогда не бывала в «Английском клубе» — вот бы прийти со спикерами! Но увы — «Английский клуб» не для спикеров. Алина рассказывала, что была там, один раз всего, она до сих пор закатывает глаза: ах, интерьеры! Ах, обслуга! Ах, десерты! Ах, цены!
Ирина рассеянно рассматривала посетителей, которые собирались у входа в ресторан, где стоял громадный деревянный бык с крутыми отполированными боками — посетители ресторана и просто прохожие непременно норовили его погладить. Перед рестораном стояла группа — женщины в вечерних платьях и мужчины в смокингах, не то иностранцы, не то корпоратив.
И вдруг Ирина увидела Дельфина! Высокий, в темном костюме, он деликатно придерживал за локоть пышную блондинку в коротком красном платье. Ирина, не поверив глазам, привстала и почти ткнулась носом в оконное стекло. Дельфин что-то говорил, наклоняясь к женщине; она запрокидывала голову, встряхивая длинными волосами, и хохотала. Ирина стояла во весь рост, как на витрине, открытая с ног до макушки, растерянная, опустив руки. Дельфин? Не может быть! Он же уехал! Должно быть, он почувствовал ее взгляд, так как оглянулся, шаря глазами по толпе, по окнам, по противоположной стороне улицы. Ирина отшатнулась, но было поздно — Дельфин заметил ее! Он смотрел на Ирину в упор, на его лице промелькнуло странное выражение — оторопь, досада, удивление. А может, это была лишь игра света, и он ее не видел. Ирина повернулась и почти побежала из кафе. Последняя капля…
— Нашли? — переспросил Федор. — Как? Кто?
— Работаем! — самодовольно сказал капитан Астахов.
— Часы?
— Часы. Он вставлял новую батарейку и выбрал самую дорогую. Часовщик его запомнил и узнал часы — такие не скоро забудешь, единственные в городе, цена сумасшедшая. Зовут его Болотник Анатолий Семенович — он оставил мастеру визитку. Адвокат, причем очень успешный. Замешан в нескольких аферах с продажей собственности и четыре года назад проходил свидетелем по делу о продаже земель Еловецкого заповедника. Жук еще тот, и репутация соответствующая.
— Кто его опознал?
— Коллеги. Болотник живет один, женат никогда не был. Коллеги показали, что он встречался с женщиной, ее зовут Алевтина Рудольфовна Берг, работает врачом во второй городской поликлинике.
— Вы с ней беседовали?
— Беседовали. Она говорит, что «встречались» — слишком сильно сказано, они два раза ужинали в «Прадо» и один раз были в филармонии. Анатолий пригласил ее посмотреть загородный дом, который он собирался купить, упоминал прошлую субботу, но почему-то не перезвонил. И вообще, с пятницы не звонил.
— Что она за человек?
— Очень серьезная, спокойная, в очках. Перед тем как сказать, думает, горячку не порет. Лишнего не говорит, четко отвечает на поставленный вопрос. Предложения Анатолий ей не делал, они не в тех отношениях. Он человек очень порядочный и воспитанный, дарил цветы. Знаешь, — сказал Коля, — не понимаю я таких баб! Ну, прямо солдат в юбке — ни тебе улыбки, ни волнения. Она даже не спросила, что случилось с Болотником!
— Ты сказал ей, надеюсь? — спросил Федор.
— Я спросил, где она была в ночь с пятницы на субботу. Она была дома, смотрела кино. И снова ни о чем не спросила, представляешь?
— Сильная женщина.
— Упаси бог от таких сильных! Женщина — она всякая, как моя Ирка, например. Плачет, смеется, радуется, врет — и все сразу! Шубу вот купила… — Капитан вздохнул. — И только под занавес спросила, что с Анатолием. Не с Толиком, а с Анатолием. Удивительная женщина!
— Ты сказал?
— Сказал.
— Ну и?..
— Ну и ничего. Спросила, можно ли его проведать.
— Я бы посмотрел дела, которые он вел два-три последних года.
— Смотрим.
— Когда он закончил работу в пятницу?
