– Полагаю, вам приходится тяжело работать на профа, – с симпатией произнес Бас Влит. – Он совсем не бережет себя, и мы, простые смертные, не всегда можем выдержать его темп.
Он открыл дверь и завел Джулию в маленький кабинет.
– Полагаю, здесь есть все необходимое. Но если вдруг что-нибудь потребуется, найдите меня, и я с удовольствием помогу.
Джулия мило поблагодарила доктора. На первый взгляд, здесь было все, что нужно. Она лишь надеялась, что профессор о ней не забудет и не уйдет один.
– Вы не будете против, если я скажу, что вы очень хорошенькая? – вдруг выдал Бас. – Профу повезло, что на него работает такая женщина, как вы.
«Попробуйте сказать это ему», – подумала Джулия. А вслух скромно ответила:
– Спасибо. Мне лучше начать…
Голландец неохотно ушел, надеясь увидеть ее вновь.
Оставшись в одиночестве, Джулия принялась за дело. Ей требовалось многое напечатать, но она умела работать. И все же прошло два часа, прежде чем она аккуратно собрала свои бумаги, сложила их вместе с ручкой и блокнотом на столе и откинулась на стуле.
Было уже почти шесть, Джулия проголодалась и размечталась об ужине – о чем-нибудь существенном плюс несколько чашек кофе. Большая ошибка – от подобных мыслей голод лишь усилился. Так что, когда через полчаса появился профессор, Джулия раздраженно выпалила:
– Вот и вы. Я закончила полчаса назад, если не раньше…
Его брови взлетели вверх.
– Вы так жаждете вернуться к мефру Шатт?
– Я проголодалась.
– Но вы же съели печенье с чаем?
– Прошло уже прилично времени, и много ли толку от печенья толщиной с вафлю для человека моих размеров?
– Конечно, немного, – невозмутимо отозвался профессор.
И так пристально уставился на нее, что Джулия покраснела.
– Теперь идемте, – наконец сказал он и придержал для нее дверь. – Будьте готовы выехать завтра в восемь утра. В полдесятого у меня лекция, и я хочу, чтобы вы были со мной. Затем мне надо осмотреть нескольких пациентов. Там тоже необходимо ваше присутствие, поскольку я намерен сделать ряд заметок для собственного использования, а вы запишете их на английском. – И нетерпеливо добавил: – Идемте же, мисс Бекуорт.
«Бога ради, как будто это я заставила его ждать!» – про себя вскипела Джулия.
После короткого разговора с мефру Шатт и еще более короткого прощания с секретаршей профессор оставил их и отправился восвояси. Джулия с радостью вернулась в выделенную ей комнату, чтобы привести себя в порядок, а затем спустилась на ужин. «Слава Богу, что голландцы ужинают рано», – думала она, поглощая вкусный суп, наслаждаясь свиной отбивной с яблочным соусом и мягким картофелем, а напоследок – голландским яблочным тортом со сливками.
За кофе несвязная беседа двух женщин превратилась в долгую болтовню. Они засиделись за столом, пока мефру Шатт не сказала:
– Вам утром рано вставать. Пора в постель, мисс.
– Джулия, пожалуйста, зовите меня Джулией. Да, пора, но сначала я помогу вам с посудой. Какая великолепная еда.
– Вам понравилось? – Госпожа Шатт явно была польщена. – Я люблю готовить и люблю смотреть, как приготовленное мной съедают с аппетитом.
Они вместе вымыли посуду в маленькой старой кухне, и вскоре Джулия отправилась в постель. Все это время она совсем не думала о профессоре. И сейчас не стала тратить на него мысли, а опустила голову на большую квадратную подушку и заснула.
Профессор постучал в дверной молоток ровно в восемь, вежливо пожелал обеим дамам доброго утра, положил чемодан секретарши в багажник и открыл дверцу машины. Медлить было некогда… Джулия попрощалась с мефру Шатт и пообещала написать, жалея, что не успела купить цветы или маленький благодарственный подарок, но ван дер Дрисма, очевидно, не собирался задерживаться. Она села в машину, и он тут же захлопнул дверцу.
– Мы опаздываем? – спросила Джулия, когда они тронулись с места.
Профессор посмотрел на часы – элегантный тонкий корпус на кожаном ремешке.
– Нет. До Амстердама, грубо говоря, порядка двадцати шести миль. Мы будем там через полчаса.
«Бентли» покрыл это незначительное расстояние даже за чуть меньшее время.
Движение на шоссе было плотным и стало еще гуще, когда они миновали Схипхол и двинулись к центру города. Тут всюду сновали велосипеды, автомобили, трамваи, автобусы и люди. Казалось чудом, что они умудряются избегать друг друга. Джулия решила не смотреть на транспорт, а оглядеться вокруг. Они с профессором покинули то, что она сочла элегантным жилым районом, и теперь, свернув от главных проспектов, ехали по тесным улочкам, обрамленным каналами и узкими остроконечными домами.
Долгое время оба сохраняли молчание. Наконец Джулия рискнула завязать разговор:
– Полагаю, вы прекрасно знаете дорогу, профессор?
– Да. Больница в конце этой улицы.
Та самая больница отделялась от окружавших ее домов высокой стеной и, по крайней мере, снаружи выглядела очень старой.
– С другой стороны есть вход, – пояснил профессор, – ведущий на одну из главных улиц.
Они пересекли двор. Джулия в панике подумала, что не имеет представления, сколько они здесь пробудут и что ей делать потом.
– Мы здесь надолго? И куда мне потом идти?
