Он так страшно жуёт усы и — принимая полтинник или гривенный — этак жарит взглядом, будто я покупаю у него краденое или дешёвую подделку даю. Слава богу: он не силён читать прописи. Пишите лучше по — французски, или по — английски — как Вам удобнее.
Мадам Лидия также не сильна в языках, какой бы она не делала вид. Какое это для меня двойное счастье!
Хорошо, что и мсье Владимир не часто бывал дома, а теперь он вообще надолго уехал в Кёниг спасать православие, или учить клиросному пению немецких братьев по разуму, или бить с военными братьев шляхов — кто его знает. Сказал только, что это сейчас не опасно, что русские победят, а семью целовал будто бы в последний раз. Где же это сказано, что рядом с войной не опасно? Даже у меня мурашки по телу пошли, хотя уж мне это, кажется, ни к чему. У нас теперь бабье государство и лучше ли это, чем было при месье отце Владимире — только один бог это скажет.
У нас в доме сущий Везувий. Дети готовят каверзы, несмотря на мою вполне соответственную военному положению дипломатию.
Скажите, Мишель, Ваши сестры и братья тоже такие? Или не все русские дети одинаковы по отношению к иностранкам?
То, что между нами «давно» было, это просто нечаянная встреча для Вас, а для меня — случайный проступок, а вовсе не вынужденное занятие от тяжёлой жизни, как Вы ошибочно могли себе вообразить.
Хоть я и родилась в рабочем квартале, жила на берегу с рыбаками, а теперь я с натяжками почти что леди. Ха! Леди с рабочего квартала… Даама с Воолендаама! Хотя в наше время… нужны ли кому — нибудь переученные, искусственные леди?
…Извини, не могу больше писать. Работа, друг мой. Дети чужие почти родными стали, хотя все такие разные и местами вредные даже. Про них, может быть, отдельно напишу. Приезжай уж. Придумаем что — нибудь. Русскую песню споём, как тогда на «Воробьях». А ты спляшешь голландку. У тебя неплохо получилось для первого раза.
(Клаудиа)
августа 1917
Петроград
4
…Эти рабочие и красные исподфронтовые «гвардейцы», комиссионеры из чрезвычайки — дезертиры все что ли? Или иезуиты? Такие все страшные. Ходят в пыточных кожанах: им ещё фартука на груди не хватает! И набора секаторов в чемоданчике. Они забирают людей на улицах и приходят к ним в дом с оружием и — говорят — хватают иной раз без особенных каких — то бумаг.
