–Содержимое в нём понятно итак! – ответил я, – Ладно, действуйте. Ну а кто еще хочет помочь товарищу Красновскому?
–Разрешите нам как военврачам? – произнесла Алтынова.
–Хорошо. Тогда Вы все, включая товарища Клевина, займитесь изучением данной находки, – сказал я и добавил, – вы все сейчас направляйтесь туда, где расположили находку, а я займусь не менее важным делом – меня интересует сейчас только одно, как каменная гробница оказалась у ворот лагеря, если мы знаем, что там ничего не было?
–А может всё-таки надо допросить ещё раз белого полковника Прозоровского? – спросил тихим голосом Клевин.
–Согласен, – ответил я, – вот с него и начнём!
Учёные и военврачи удалились в столовую, в которой временно поместили каменный гроб, а я, закурив папиросу на всякий случай решил проверить патроны в своём револьвере.
Красноармейцы привели Прозоровского и усадили его за стол.
Я внимательно стал разглядывать старика, и вдруг что-то едва уловимо знакомое мелькнуло в его внешности, и я невольно подумал, не может быть? Эти глаза, овал лица, те же скулы или мне показалось?
–Ну что гражданин Прозоровский вы, что нибудь можете сказать про то, что здесь происходит?
Однако у бывшего полковника белой армии глаза были по-прежнему пусты. Более того они были совершенно безжизненны. Я ещё раз внимательно посмотрел на него и понял, что не добьюсь от него ровным счётом ничего. Задав ему ещё пару вопросов, я вызвал бойцов и приказал увезти его.
Снова я закурил. Я не мог пока понять ничего из того, что здесь начало происходить. И тут я вспомнил свою Катеньку. Я вынул из своей офицерской сумки фотографию моей Катеньки, на которой она мило улыбаясь, смотрела на меня, и я тоже стал улыбаться. Ладно, я вернусь моя милая, обязательно вернусь, подумал я.
А на дворе уже была ночь, которая подкралась совсем незаметно. Тут прибыл Митрохин и сообщил, что они прочесали всё вокруг, но ничего и никого не нашли. Не следов людей, не следов зверей, но охрану вокруг лагеря утроили, выставили у ворот на санях даже двух пулемётчиков.
А вскоре вернулись и все остальные члены экспедиции, изрядно уставшие и замёрзшие. Мы заварили чаю, и первым снова я нарушил молчание:
–Ну, что – товарищи? Ваше мнение?
Некоторое время все молчали, переглядываясь друг с другом и наконец, первым заговорил Красновский, в чём я и не сомневался, так как он был самый говорливый из всех. Красновский, как всегда покраснев, то ли от нервов, то ли от холода произнёс такую речь:
–Товарищ комиссар! Я должен вам сообщить следующее, что вам необходимо знать в первую очередь. Я, конечно же, ни в коем случае не буду вдаваться в мистику, но всё это довольно странно.
Дело в том, что вы же видели непонятные надписи и символы на гробнице?
–Всё так, – ответил я.
–Видите ли, товарищ комиссар я когда-то по молодости много времени уделял изучению древнеславянских исторических грамот, те которые были нам известны в период дохристианской эпохи, а также всех известных в те времена памятников древней культуры.
Сама по себе данная находка весьма и весьма необычна и я бы даже не побоялся сказать то, что она загадочна. И вот по бокам этой гробницы, на его внутренней стороне мы нашли некие надписи, и мне удалось частично перевезти их. Вот одна из них «Тот, кто потревожит дух отца всех волхвов, покорителя духов мрака и верного стража сил тьмы и света, тот вызовет гнев богини Мары и её страждущих мертвецов».
А на передней стороне и задней стороне саркофага всё испещрено символами и знаками. Дело в том, что до прихода на Русь кириллицы вся информация передавалась, друг другу через символы или образы, и вот эти – то символы я, к сожалению, расшифровать не смог, – поникшим голосом сказал профессор. – Я думаю, что ту надпись, которую мне удалось перевезти, была сделана гораздо позже, на уже известном нам древнеславянском языке. И я думаю, что много сотен лет назад кто-то уже пытался поднять гробницу, но видно, что что-то случилось, и эти люди добавили эту надпись.
Я затянулся папиросой, а потом сказал:
–А вы товарищи военврачи?
–Возраст находки, по-видимому, больше тысяча лет, – ответила Алтынова.
–А что вы можете сказать по поводу того почему гробница оказалась у ворот? – спросил снова я.
–Яяяяя дддумаю, что нам это подбррросили, – ответил немного почему-то, заикаясь Клевин.
–Ладно, товарищи давайте поужинаем, а потом будем решать что делать, – подытожил я.
Но после ужина, который прошёл в молчании, на меня навалилась тяжёлая усталость и я, как и все остальные решил пойти спать.
Внезапно ко мне в кабинет вошёл Красновский. Он явно нервничал и как всегда покраснев, произнёс.
–Товарищ комиссар я кое-что знаю ещё. Я это пока не стал озвучивать при всех, но вы должны знать.
–Я слушаю вас.
–Видите, мне удалось расшифровать ещё одну фразу.
–Что именно?
–Фраза гласит, но опять-таки имейте в виду, что это неполный перевод, а может и не точный, но смысл его примерно таков «Тот, кто не предаст земле мощи волхва, откроет врата, за которыми бездна стоит из мрака и крови потоков. Бойтесь смертные полной луны и тогда живые позавидуют падшим».
