Поцелуй василиска полностью

— Поверь мне, я бы тоже предпочел это. Но я должен, Тэмми. Я должен убедиться, что его руки не дрогнут. Если они это сделают, я убью его.

— Он предпочитает распускать руки?

По выражению его лица Тэмми могла догадаться об ответе.

— Я бы предпочел, чтобы ты не убивал своего собственного отца из-за меня.

— Это было бы из-за него.

— Все равно.

Весь этот разговор был абсурдным. Тэмми не могла поверить, что они говорят об этом — что она действительно собирается заняться сексом с отцом Каспена в публичном зале. Ничто в этом не было нормальным.

— Что еще? — спросила она.

— Он ценит уверенность. Он почувствует, если ты боишься или сомневаешься в себе.

— Я не боюсь.

Едва заметная улыбка тронула губы Каспена.

— Ты никогда не боишься.

Они оба уставились на огонь.

— Это все? — спросила Тэмми.

Каспен вздохнул.

— Это еще не все. Ты будешь заниматься сексом не только с моим отцом, но и со мной.

Тэмми уставилась на него снизу вверх.

— В то же самое время?

— Нет, — быстро сказал Каспен. — По очереди. У моего отца старшинство, поэтому ты будешь с ним первой. В идеале, ты доведешь его до оргазма. Если нет, то ритуал уже закончен. Если у тебя все получится, ты займешься сексом со мной следующим. Крайне важно, чтобы мы с отцом быстро кончили. Если это затянется, у него будет меньше шансов дать свое благословение. В обоих случаях мы кончим вне тебя.

Тэмми нахмурилась.

— Почему?

— Чтобы представить доказательство моему гнезду. Так не останется никаких сомнений в том, что ты прошла испытание.

Тэмми обработала эту информацию. Она понятия не имела, что будет так много правил.

— Это все? — прошептала она.

— Почти. Если ты преуспеешь с нами двумя, ты достойна благословения моего отца. Если он решит дать его, мы с тобой отправимся в специально отведенные апартаменты.

— Апартаменты? Что там произойдет?

Каспен вздохнул.

— Ну?

— От нас будут ожидать… празднования решения короля.

— Как именно мы должны его отпраздновать?

Пауза затянулась.

— О, ради Коры, — воскликнула Тэмми. — Просто скажи мне, Каспен. Расскажи мне все сию же секунду, или я ухожу домой.

Каспен не протестовал. Он просто монотонно сказал:

— Мы бы отпраздновали это, занимаясь сексом. Непрерывно.

— Непрерывно?

— Да. Самое близкое сравнение, которое я могу привести, — это то, что люди называют медовым месяцем. Обычно молодожены занимаются сексом до полуночи. Если мы этого не сделаем, мой отец может отозвать свое благословение.

— Он может отозвать его в любое время?

— Да.

— Но как он узнает, если у нас не будет секса?

Каспен ответил тем же спокойным тоном.

— Апартаменты публичные, как и ритуал. Все будут наблюдать за нами.

Это было непостижимо — все это. В голове Тэмми не было ничего, кроме чистого, нефильтрованного неверия, и оно угрожало захлестнуть ее неудержимой волной. Она почувствовала внезапную потребность сесть.

— Это все? — выдохнула она.

— Да. Это все.

Тэмми еще никогда не была так рад это слышать.

Она закрыла глаза. Мгновение спустя Каспен обнял ее, и она позволила ему. Тэмми прислонилась к его груди, стараясь не думать о том, что произойдет завтра. Но избежать этого было невозможно. Все достигло кульминации.

— Тэмми, — Каспен говорил напряженным шепотом. — Пожалуйста. Скажи, о чем ты думаешь.

Она открыла глаза.

— Думаю, я понятия не имела, во что ввязываюсь, когда сказала тебе раздеться в первую ночь нашей встречи.

Его руки крепче сжали ее.

— Да. В этом я совершенно уверен.

Больше сказать было нечего. Тэмми онемела.

Каспен долго держал ее в объятиях, и, в конце концов, они забрались к нему на кровать, по пути стаскивая с себя одежду. У них не было секса. Вместо этого они уставились друг на друга в тускло мерцающем свете костра, пока Каспен водил кончиками пальцев вверх и вниз по телу Тэмми. Она знала, что он использовал это движение, чтобы успокоить себя так же, как и ее.

Казалось, что они были на пороге чего-то значительного — чего-то, что навсегда изменит их отношения. Тэмми понятия не имела, как ритуал повлияет на них — изменит ли это их отношения к лучшему или к худшему. Каспен был василиском, поэтому он уважал обычаи своего народа. Но он также был мужчиной, и к тому же собственником. Тэмми и представить не могла, что, переспав с его отцом, они улучшат отношения.

Они заснули вместе, рука Каспена все еще лежала у нее на талии.

Ее разбудило собственное имя:

Тэмми.

Голос Каспена был ясен как день и звенел в ее голове, как колокол. Тэмми выпрямилась, ее сердце колотилось так, словно она только что пробежала милю.

— В чем дело? — спросила она.

Он не ответил. Его глаза были закрыты, тело неподвижно, только грудь слегка поднималась и опускалась. Тэмми наклонилась, прищурившись, глядя на него. Медленная улыбка растянула ее щеки, когда она поняла, что он спит.

Каспену, должно быть, она снится.

Как только она подумала об этом, то поняла, что это правда. Его разум, должно быть, взаимодействует с ее разумом — барьер опущен, коридор между ними широко открыт.

Тэмми.

Вот оно снова.