Поцелуй василиска полностью

На это Тэмми пришлось рассмеяться. Она сомневалась, что Вера была настолько глупа, чтобы не принимать траву от бесплодия, учитывая, сколько секса у нее было еженедельно. Все девушки принимали ее, включая Тэмми, хотя во время тренировок это не имело значения; забеременеть от василиска было невозможно. По крайней мере, так все говорили. Но в течение многих лет по деревне ходили одни и те же слухи о том, что в крайне редких случаях это случалось. И если это происходило, ребенок получался порождением природы: наполовину человеком, наполовину василиском, вечно зажатым между двумя видами, никогда полностью не вписывающимся ни в один из них. Но это была чушь. Никто из знакомых Тэмми никогда не встречал такого существа, и не было никаких причин верить слухам.

Голос Габриэля вывел ее из задумчивости.

— Как ты думаешь, кто заберет приз?

Тэмми подняла на него глаза.

— Что?

— Руку принца в браке, конечно. Кто будет счастливицей?

Тэмми показалось красноречивым, что он не предполагал автоматически, что это будет она. Даже ее лучший друг не верил в ее способности. Она могла ответить только правду.

— Вера. Ей даже не нужно обучение.

— Хм, — задумчиво произнес Габриэль, делая глоток пива. — С ней слишком легко. Мужчинам это не нравится.

Тэмми подняла бровь, глядя на Джонатана, чьи руки беззастенчиво скользили по переду платья Веры.

— Похоже, что мужчинам как раз это и нравится.

— Это не мужчина, Тэмми. Это мальчик.

Тэмми с трудом могла уловить разницу.

— Как ты думаешь, кто победит?

Габриэль пожал плечами.

— Ты, конечно.

Тэмми моргнула. Может быть, он все-таки поверил в нее.

— Ты, должно быть, шутишь.

— Вовсе нет. Почему принцу не выбрать тебя?

— Я могу назвать сотню причин.

— Назови хоть одну.

Она могла бы перечислить их все, но выбрала самые очевидные.

— Я неопытна.

— Для этого и существует василиск.

Это снова тот разговор в пекарне.

Тэмми передернуло.

— Я знаю, для чего нужен василиск. Но даже если я научусь всему, чему можно научиться, я никогда не буду выглядеть так, — она мотнула головой в сторону Веры, которая облепила своего парня, как смола.

Габриэль усмехнулся.

— Если ты когда-нибудь будешь так выглядеть, я больше никогда с тобой не буду тусоваться.

Она бросила на него сердитый взгляд.

— Будь серьезен, Габриэль.

— Я серьезно, Тэмми. Ты слишком строга к себе. Ты просто находка.

— Не считается, когда ты так говоришь.

— Считается ли, когда это говорит старина Стив? Потому что я уверен, что он бы так и сказал, если бы мы его спросили.

Тэмми с трудом подавила порыв облиться пивом.

— Принц должен думать, что я выгодная партия. И я могу заверить тебя, что он этого не сделает.

Габриэль дважды щелкнул ее по носу.

— Ты никогда не заполучишь мужчину с таким отношением.

— Принца трудно назвать мужчиной, — проворчала она, отмахиваясь от его руки.

Принцу было двадцать лет, как и им. Только девушки, родившиеся в тот же год, что и принц, имели право на обучение. Она никогда не видела принца вблизи, хотя, если верить бредовой истории Веры о том, как она столкнулась с ним на городской площади, глаза у него были зеленые. Тэмми не поверила в эту историю, и ей определенно было все равно, какого цвета у него глаза.

— Знаешь, могло быть и хуже, — сказал Габриэль.

— Что могло бы?

— Тренировка. По крайней мере, принц сделает свой выбор, основываясь на том, кто ему нравится в постели. Если бы это было основано на других навыках, у тебя вообще не было бы шансов.

Тэмми нахмурилась.

— Какие еще навыки?

— О, я не знаю. Например, готовка.

— Готовка?

— Я уже ел твой пастуший пирог, Тэмми, — он сморщил нос. — Забавно.

К счастью, в этот момент в дверь вошла Поппи.

Габриэль вскочил на ноги, поправляя куртку и проводя рукой по волосам.

— Долг зовет, — сказал он, прежде чем направиться прямиком к девчонке-конюху.

После этого Тэмми ничего не оставалось, как наблюдать, как Вера и Джонатан проверяют границы того, что уместно делать на публике. Через два пива Тэмми была готова уходить.

Верная своему слову, она вернулась домой не поздно. Но когда она пришла, в домике было тихо, ее мать уже была в своей комнате, вероятно, спала в ожидании раннего утра в курятнике. Тэмми умылась в ванной, прежде чем забраться в постель и снова уставиться в потолок. Обычно она трогала себя перед сном, но мысль о завтрашней встрече с василиском была настолько пугающей, что она не могла даже этого сделать. Она яростно ворочалась, не в силах успокоиться.

Когда она наконец заснула, ей приснился огонь.

Он не обжег ее. Скорее, мягко согрел, от кончиков пальцев ног до основания черепа. Огонь казался каким-то знакомым, как будто его разжег кто-то, кого она знала давным-давно. Языки пламени лизнули ее пальцы, ладони, руки. Легкое дуновение коснулось ее щеки. Потом все было кончено.

Следующее утро выдалось таким же, как и любое другое. Тэмми, как всегда, занялась своими делами: принесла яйца и помогла матери на кухне. Но в глубине души она постоянно знала, что менее чем через двенадцать часов она окажется лицом к лицу с василиском.

К тому времени, как наступил вечер, она вымещала свою тревогу на картошке.