Вот же чурбан деревянный! Я покачала головой и снова сузила круг. Однако чем уже был круг, тем быстрее мы с нянюшкой по нему двигались.
И вот настал момент, когда игнорировать нас у пары не было решительно никакой возможности. Ара Крант устремила на меня недовольный взгляд.
— Ара Самара.
Ар Саром устремил на меня недовольный взгляд.
— Ара Самара.
— Ара Крант, — отозвалась я. — Ар Саром. — Мысленно подумала, что из них получилась бы чудная парочка, и перешла в наступление, — Ах, какой красивый цветок у ваших ног! Дайте-ка я его понюхаю!
И, прежде, чем она успела от меня дернуться, я наклонилась.
И понюхала ее юбку.
МАРКИЗ ВИ КРАНТ. Все еще день 9.
И юбка…
… абсолютно ничем не пахла.
Ну вот что за люди!
Я выпрямилась и бросила на пышнотелую Ару укоризненный взгляд. Пышнотелая Ара бросила на меня взгляд негодующий. А потом демонстративно так махнула юбкой, якобы отряхивая. Потом подумала немного, покосилась на генерала и снова тряхнула юбкой, только уже шире и театральнее. И продуманнее, ибо под юбкой на мгновение кокетливо мелькнули щиколотки.
Вот только тут ее план дал осечку, ибо на щиколотки засмотрелся не генерал, а я. Подсмотрела, так сказать, последнюю моду на чулочки и сделала себе заметку купить такие же. Потом, когда сильно разбогатею. В следующей жизни, быть может.
Поняв, что план не сработал, Ара Крант поджала губы и спросила:
— Что это вы тут делаете, Ара Самара?
Позади меня вопросительно-свирепо пыхтела ее нянюшка, опасающаяся и в разговор вмешаться, и меня с парочкой оставить.
— Нюхаю! — ответила я чистосердечно.
— Понюхали?
«Вот и шуруйте!», читалось в ее взгляде.
— Нет еще! — ответила я.
И бросила алчный взгляд на камзол генерала.
Ара Крант перехватила мой взгляд и насторожилась. Генерал продолжал глыбиться. Правда, выглядел очень напряженным. Такое ощущение было, что тронь его — и взовьется и отскочит как пружинка. Эдак, километров за сто от нас.
Но ведь камзол-то его мне понюхать надо было!
Я осторожно потянула носом в его сторону. Как собака-ищейка. Так деликатно и незаметно. Как полицейская собака-ищейка, которая подозревает преступника в перевозке контрабанды, но слишком стесняется своей догадки и потому пытается понюхать его исподтишка. Чтоб не обидеть. Вот только легкие до отказа забились воздухом — а запаха я так и не уловила. Зато генерал напрягся еще больше. Смотрел на меня так сверху вниз, не опуская головы, что я сразу поняла — он понял и обиделся.
Решив, что терять мне уже нечего, я уже открыто ткнулась носом в его грудь.
Камзол…
… не пах.
Ну что за люди!
Сзади меня аккуратно-возмущенно прихватили под локотки, оторвали мои ноженьки от земли и потащили подальше от парочки. Я философски болтала ноженьками в воздухе и размышляла: таки где же я ошиблась?
Приблизительно пару столетий спустя меня спустили на землю. Не оборачиваясь назад, я благодарно махнула рукой и потопала в замок любоваться Аром Крантом. А пока я топала к Ару Кранту, моя гениальность родила еще одну идею.
В общем, в лабораторию я влетела как на крыльях и сходу спросила у зельеварящего маркиза:
— Ар Крант! Умоляю, скажите мне, что у вас зелья для улучшения обоняния!
— Конечно же есть! — ответил Ар Крант.
— Правда? — восхитилась я.
— Чистейшая. Но Ара Самара, ведь это вы придумали все эти зелья: отчего же вы не помните, что у вас есть, а чего у вас нет?
— Ах, Ар Крант! Я придумала так много зелий, что как будто ничего и не придумывала! Ну, давайте же мне его скорее!
— Секундочку!
Маркиз деловито перебрал пальцами пузырьки на подставке и извлек один с серой жидкостью.
— Держите! — протянул он его мне. — Только Ара Самара, я не помню, чтобы у вас была со…
Но я уже открыла пузырек и выпила все зелье.
— … бака, — закончил Ар Крант. И вздохнул.
— Почему собака? — удивилась я.
— Потому что рецепт этого зелья звучит так: «Состав для краткосрочного возвращения оченно чувствительного обоняния охотничьей собаке, утратившей свой нюх вследствие преклонные лета, но желающей тряхнуть стариной, обставить собак-конкурентов, унюхать прошлогодний след кролика и впечатлить хозяина».
Я уважительно цокнула языком: ай да Ара Самара, ай да затейница!
В носу засвербело. Застрекотало. Защекотало. А потом внутрь меня хлынул целый вихрь запахов.
Я победно всхохотнула, крикнула маркизу «Спасибо!» и побежала нюхать.
Мир моментально заиграл другими красками! Я крутила головой во все стороны и узнавала свой замок лучше. Вот тут, к примеру, два года назад разлили крынку молока. Затерли тщательно и с мылом, но ведь «оченно, оченно чувствительное обоняние»! А вот тут только на днях заделали цементной смесью щель. Цемент засох и место выглядело так, будто его никогда и не заделывали, но ведь «оченно, оченно чувствительное»!
Я выбежала из замка, остановилась на крылечке и настроилась на юбку Ары Крант.
