МАРКИЗ ВИ КРАНТ. Все еще день 2.
— Солдатики? — подпрыгнула я. — Солдатики! Где солдатики?
В конце коридора показалась запыхавшаяся Ройза:
— Ара… Самара! — прохрипела она, пытаясь восстановить дыхание. — Прибыли… С генералом… Там…
И махнула рукой на улицу. Я засуетилась:
— Так чего же мы тогда стоим? Кого ждем? Н-но, лошадка! — и повелительно указала перстом вперед, вытянув руку.
Лошадка отчего-то моего энтузиазма не разделила. Задрала одну бровушку вверх (ну прям как я) да рученьки на груди сложила. И уставилась на меня при том весьма красноречиво.
Тут-то и пришлось вспомнить, что моя лошадка в миру ни много ни мало, как самый настоящий маркиз. И к отношению привык соответствующему.
— Ах, какие аккуратные у вас ноготки! — запела я, подбираясь издалека.
— Почему вы начали с моих ноготков? — удивился маркиз.
— Потому что именно они сейчас на уровне моих глаз, — созналась я.
Весьма логично: ведь я-то в тачке, а маркиз же ж нет.
— Хорошо, продолжайте, — благосклонно кивнул Ар Крант.
Э. Я надеялась, что ноготками все ограничится.
— А какие у вас белоснежные манжеты! — впрочем, быстро сориентировалась я — Так и слепят!
— Кхм. Продолжайте.
Я слегка сверканула глазами, но маркиз так насмешливо склонил голову, что глазной посверк пришлось приглушить.
— Кхм, кхм. А ваш голос — ммм! Не голос, а песня!
— Принимается. Что-нибудь еще?
Я хотела уж ответить, что нет, но маркиз продолжал смотреть весьма выжидательно. Как бы намекая, что лошадку нужно кормить морковкой, а маркиза — комплиментами.
Я призадумалась. Чтобы он сейчас впрягся обратно в упряжку и потянул, куда надо, нужно его сейчас задобрить так, чтобы хвалебного топлива хватило на весь день, не меньше.
И поэтому я выдала:
— Спроси кого в Намирре, кто самый завидный жених в нашей стране, все без сомнения ответят — это Ар Крант!
И засверкала, очень довольная собой.
— А вы? — вдруг спросил маркиз.
— А что я?
— Если спросят именно , кто самый завидный жених в мире, что вы ответите?
— Конечно же, что это вы! — удивилась я.
Чистейшая, между прочим, правда. Молод, красив, обходителен, изысканен… Никого привлекательнее маркиза я в обоих мирах не встречала.
Маркиз тоже засверкал. Кажется, комплиментом остался весьма доволен. Во всяком случае, ручки с груди убрал да в упряжку обратно впрягся — к огромнейшему моему удовольствию.
И мы, наконец, покатились.
Стоило нам выехать из замка наружу, как я восхищенно ахнула: солдатики были, и солдатиков было много! Все ладные, как на подбор, широченные, высоченные, в одинаковых темно-синих формах — ну прям как шоколадные конфетки в коробке! Ну просто ням!
Мы с Ройзой обнялись за ладошеньки и ласково смотрели, как солдатики слезают с лошадей и оглядываются, весело обмениваясь шутками и посмеиваясь. А потом в эту потрясающую картину влез обалдевший при виде меня в тачке генерал:
— Ара Самара! — выдохнул он потрясенно. — Меня не было один день! Как вы умудрились?
— За подорожником сходила, — я нетерпеливо замахала руками: генерал встал прямо перед моей тачкой и теперь закрывал мне весь обзор.
— За подорожником? — поразился генерал.
— Прямо с окна второго этажа, — услужливо добавил маркиз.
— Это как? — не понял генерал.
Тут я вспомнила, что он опоил меня любовным зельем, и оставлять этого ну никак нельзя. Надо б в отместку хотя бы куснуть. Потом подумала, что он привез мне солдатиков, и наказывать его сейчас было бы неразумно. В конце концов, я решила, что кусну его позже — когда солдатики доделают все дела и генерал мне будет больше не нужен.
Но чтобы генерал понял всю тяжесть своего преступления, куснуть его нужно щедро, не жалея челюсти. А раз так, то челюсть надо бы начать прокачивать уже сейчас, чтобы не травмировать ее об каменного генерала. Поэтому я открыла рот и защелкала жвалами.
— Она еще раз головой ушиблась? — спросил генерал маркиза.
— Нет, это она с самого начала такая была, — любезно просветил генерала тот.
Я к тому моменту уже победно обкусала весь воздух вокруг рта, оттого пребывала в настроении весьма благодушном и на комментарии ничуть не обиделась. Почти. Лишь сделала про себя пометку, что надо б перед днем икс обточить зубы.
И снова клацнула оными.
— Ара Самара, — шепнула мне взволнованно Ройза, — вы только гляньте, сколько здесь солдатиков!
— Да я бы с радостью, — досадливо отозвалась я, — как бы эта грозовая туча на ножках не загораживала мне весь обзор!
Грозовая тучка на ножках поджала губы — и вдруг ка-ак гаркнет:
— Взво-од! Стройсь!
Там не только взвод — мы с Ройзой дернулись, чтобы встать в строй. А генерал, обернувшись, вперил в солдатиков взгляд суровый, как голодный орел, и непоколебимый, как Гимза.
— С этого дня поступаете в распоряжение Ары Ройзы и Ары Самары. Будете делать все, что они вам скажут.
Кажется, в этом месте у нас с Ройзой был слишком радостный вид, потому что генерал спешно добавил:
— В разумных пределах, разумеется!
Градус нашей радости чуть подпал, но в целом все равно держался на высокой отметке, тем более, что солдатики вперили в нас добрые, любопытные, веселые и даже заинтересованные взгляды:
— Как я выгляжу? — шепнула я Ройзе.
