С этой мыслью Марк скрипнул дверью кабинета. Диана и Тезер мгновенно отвлеклись от монитора компьютера, на котором с интересом изучали что-то, и посмотрели на Марка так, словно он застал их на месте преступления. Лица коллег выражали сочувствие и какое-то напряжение, и Марк прекрасно знал почему. Случалось, что он повышал голос и пускал в ход попадавшие под руку предметы. В рамках разумного, естественно, иначе его бы уже давно отстранили от работы в полиции.
Однако в данный момент комиссар Шнайдер не желал устраивать разборки и пытаться докопаться до истины, в наличии которой он сам сомневался, поэтому, дружелюбно улыбнувшись, Марк поздоровался с коллегами. Затем, бросив пару замечаний по поводу скверной погоды и успешного завершения дела, подошел к доске, на которой все еще висели фотографии Лизы Майер. Коллеги настороженно наблюдали, как Марк методично собирает фото и лишь на одном задерживается чуть дольше, чем на пару секунд.
На шее у жертвы поблескивала позолотой дешевая, на первый взгляд, побрякушка, выполненная в виде единорога.
За окном уже стемнело, а капли все продолжали стучать по стеклу. В гулкой тишине офиса слышался шорох работающих компьютеров и гудение ламп дневного света.
Эмма выключила монитор и бросила в сумочку телефон и большой блокнот для записей с пушистыми белыми котятами на обложке. Потом посмотрела по сторонам, размышляя, ничего ли она не забыла. Убедившись, что ничего, Эмма кивнула сама себе и громко зевнула. К этому моменту она осталась совсем одна на всем третьем этаже и поэтому смогла позволить себе небольшую вольность. Потянувшись, девушка встала со своего места и вышла из офиса.
Черный седан уже ждал ее у входа. Кивнув в знак приветствия, водитель открыл перед Эммой заднюю дверь, и девушка нырнула в теплый полумрак автомобиля. Устроившись поудобнее, Эмма прислонилась к подголовнику и тут же задремала, совсем не заметив, как вслед за черным седаном от здания редакции отъехал синий
Также она не заметила, как их черный седан оказался на подземном паркинге и остановился на одном из мест, помеченных золотистой табличкой
– Поднимитесь на двадцать четвертый этаж, там вас встретят, – говорил он.
– Спасибо, – кивнула девушка и послушно последовала к лифту, украдкой оглядываясь по сторонам и пытаясь понять, в какой части города она оказалась.
Паркинг походил на десятки других паркингов, только малое количество машин и холодный голубой свет Эмме совсем не нравились.
Фойе, оказавшееся за дверями лифта, выглядело роскошно – янтарно-желтый хай-тек, воплощенный в мраморе, граните и металле. Чуть более дружелюбным его делала лучезарная улыбка высокой девушки модельной внешности.
– Привет! Я Кристина, – тут же представилась она, протянув Эмме руку.
– Привет! – ответила Эмма, немного смутившись.
Как же она восхищалась такими девушками и завидовала им! Светлые прямые волосы, идеальная челка, загорелая кожа и тонкая талия. Одним словом, все, чтобы Эмма рядом с ней чувствовала себя посредственной толстушкой, хотя на самом деле для этого у нее не было ни малейшего повода.
– Штефан уже ждет тебя! – радостно сообщила ассистентка Фейербаха, увлекая Эмму за собой. – Сначала мы подпишем документы, а потом он весь твой, – хихикнула Кристина, словно они с Эммой были закадычными подругами. – Садись!
Не успела Эмма опомниться, как уже сидела на кожаном диванчике с ручкой в руках.
– Подпиши здесь, здесь и здесь, – говорила Кристина, показывая, где поставить подпись. – Ты ведь прочитала условия? – скорее заявила, чем спросила она.
Конечно же, Эмма не читала документы, кроме той строчки, где жирным курсивом была выделена сумма ее гонорара.
Эмма отложила ручку в сторону.
– Подожди, здесь, наверное, какое-то недоразумение…
– М? – участливо качнула сережками Кристина.
– Я не журналист, – почти прошептала Эмма и прикусила губу.
– Мы знаем, – ободряюще кивнула Кристина. – Ты ассистент Герхарда Шульца, и этот старый скряга совсем ничего тебе не платит. Не переживай, – махнула рукой девушка. – Подписывай документы.
– Ладно.
Эмма взяла ручку и вернулась к договору.
– Может быть, кофе? – тут же спросила Кристина. – Чаю?
– Можно воды? – попросила Эмма, почувствовав, как в горле у нее слегка пересохло, когда ее взгляд зацепился за предложение «В случае преждевременной кончины г-жи Бишоф все собранные материалы должны быть незамедлительно переданы г-ну Фейербаху или его законному представителю, указанному в пункте 2.1».
Эмма зачитала его вслух Кристине, которая уже вернулась с наполненным водой бумажным стаканчиком.
– Что это значит?
– Это стандартная фраза, – пожала плечиком девушка. – Все что угодно может случиться, ты же знаешь. Им мало того, что все, что ты напишешь, и так будет являться собственностью
