Наводчик успел дёрнутся в сторону, когда я влетел в кузов грузовика и резко повернув ствол, дёрнув за рычаг затвора, сразу открыл огонь, вылетевший из-за деревьев «мессер» разваливаясь, огненным комком покатился по земле, а я уже бил короткими очередями по ведомому этой пары. Взор показал их атаку, цель наша батарея, мешала она немцам, вот и послали такую группу, ударил-отскочил. Звено истребителей недавно село, так что никто немцам не мешал. Взор уже на четыреста метров пока работал, едва успел. Хорошо машина рядом стояла, пару гигантских прыжков и оказался у её борта. Ведомый пошел вверх и нарвался на мою четвертую очередь по нему. Замер на миг, и выпустив тёмный шлейф дыма, тот устремился к земле и врезался в неё, лётчик убит, мотор был повреждён. А меня внезапно подхватили и с криками радости начали качать. Похоже такого ещё никто не видел, разом сбить двух. Да и чего сложного? Я из земли земляного голема поднял, точнее его голову, и используя его программы для прицеливания и наведения, сам наводил и стрелял короткими и прицельными очередями. Без этого вряд ли бы попал. Только по везению. Хромцев кричал, что я с этой минуты назначаюсь, помимо обязанностей батарейного старшины, командиром этой пулемётной установки. Ещё не хватало. Я сразу отказался, но если буду рядом во время налёта, пострелять по противнику не против. На этом и договорились. Командиры полков похлопав меня по отбитым плечам укатили к себе, я собрался уже было тоже отъехать, надо обеспечить летунов топливом и маслом, оно тоже подошло к концу, как показался кортеж из города, что пылил в нашу сторону. Оказалось, это прибыл командир корпуса. Живьём я его видел впервые. Мигом примчалось и командование нашего дивизиона.
После того как построили личный состав батареи, только дежурные наблюдали за небом чтобы нас врасплох не застали, генерал со свитой выслушал доклад командира батареи, и велел познакомить его с таким выдающимся стрелком.
- Старшина Туманов, три шага из строя.
Чётко отбив положенные три шага, я вскинул руку к виску, у меня пилотка была, и доложился.
- Туманов, Туманов, - явно припоминая, пробормотал генерал. - Это не тебя перед войной чуть под суд не отдали?
- Меня. Был незаконный товарищеский суд, товарищ генерал, и понизили в звании по приказу командира дивизии.
- Кем был?
- Интендантом отдельного зенитного дивизиона. Техник-интендантом второго ранга. Меньше месяца как форму надел. Понизили до батарейного старшины.
- Напомни за что?
- Не выполнил приказ командования. Наплевал на него и эвакуировал свою семью в тыл до начала войны. За это был подвергнут критике и наказанию.
- А сейчас наплевать?
- Ещё как, товарищ генерал.
- Вернитесь в строй.
Я вернулся в строй, и генерал громко говоря поблагодарил батарею за победу, после чего взяли слово по очереди двое политработников, и кортеж укатил. Командование дивизиона тоже взяло слово, сказав речь, но уже без того пафоса что слышался из речи политработников корпусного уровня. Когда те тоже укатили и Хромцев распустил строй, то подозвав меня сообщил:
- Комкор приказал написать на тебя наградной, он подпишет.
- Это ваши дела, - улыбаясь ответил я.
То, что получу эту награду, я не верил от слова совсем, скоро начнётся отступление и окружение, всё это затеряется, но комбатр парень хороший, пусть порадуется. То, что не получу, точно говорю. Монетку кидал, три раза не угадал. Я же вернулся к своим делам, дав задание бойцам, и начал писать рапорты для Борисова, что необоримо батарее и личному составу, и думаете это всё? Моё внимание привлекли криком, на километровой высоте в сторону своих летели две пары немецких истребителей, из тяжёлых орудий по ним смысла бить нет, слишком скоростная и небольшая цель, а вот из пулемёта можно. Я тут же влетел в кузов и прицелившись, голова земляного голема помогала, перед глазами как будто прицельная рамка с траекторией полёта пуль по направлению ствола, как сейчас он стоит, так и начал по-тихому садить. Сбил одного, упал в районе рощи где штаб дивизиона располагался. Ещё один задымил, остальные со снижением ушли. Стоявший рядом Хромцев вдруг сказал, я немного оглушён выстрелами был, но расслышал того:
- Любопытно, как ты из нашего орудия сможешь стрелять?
- Надо бы проверить, - усмехнулся я, покидая кузов.
- Вот завтра и проверим.
Старлей направился в землянку, да у нас две землянки, штабная и большая для батарейцев, ещё и противовоздушные щели вырыли. В общем, Хромцев направился рапорт писать по сегодняшнему дню, да и наградной, а я, убедившись, что у моих всё в порядке, уже стемнело, отдал приказ отбоя, и вскоре сам уже спал.
