Теперь, когда он был в своей спальне, вокруг сэра Дуэйвилла мерцала тусклая искривлённая фигура. Она даже приглушала свет.
Каждая вспышка этой фигуры сопровождалась криком и стоном, который едва ли мог услышать обычный человек.
Он уже составил первоначальное суждение по этому делу.
Сэра Дуэйвилла преследовала обида. Остаточная духовность, возникшая в результате неразрешённых эмоций перед смертью человека.
Когда подобные чувства задерживались в этом мире в течение длительного периода времени и становились сильнее, они превращались в злого духа.
Немного поразмыслив, он посмотрел на сэра Дуэйвилла:
— Уважаемый сэр, у меня есть несколько вопросов.
— Пожалуйста, спрашивайте. — Сэр Дуэйвилл устало сел.
Клейн собрался с мыслями и спросил:
— Когда уезжаете отсюда в другое место, например, на виллу или в Баклунд, удаётся ли вам поспать хоть полночи, прежде чем всё начнётся снова и становится так же, как и здесь? А теперь, даже когда спите днём, вы всё равно слышите стоны и плач?
Полузакрытые глаза сэра Дуэйвилла внезапно расширились и засияли надеждой.
— Да, вы нашли корень проблемы?
Только теперь он понял, что из-за длительной бессонницы и нервного перенапряжения совершенно забыл сообщить полиции о такой важной детали.
Видя, что вопрос Клейна открыл что-то полезное, инспектор Толле расслабился. Он понял, что Ночной Ястреб нашёл подсказку.
Сержант Гейт тоже был удивлён и заинтересован. Он начал внимательней присматриваться к этому психологу Клейну.
Теперь у него было два способа помочь сэру Дуэйвиллу избавиться от этого бремени. Один заключался в том, чтобы установить алтарь и полностью устранить обиду мёртвых. Второй же предполагал найти корень проблемы и решить её.
Принимая во внимание правила, запрещающее демонстрировать обычным людям потусторонние силы, Клейн планировал попробовать второй метод. Только если он потерпит неудачу, то станет молится Богине.
— Сэр, у вас психологическое заболевание — нервное расстройство, — сказал он абсолютно серьёзно и взглянул на сэра Дуэйвилла.
Сэр Дуэйвилл поднял брови:
— Вы говорите, что я психически больной, и мне нужно в лечебницу?
— Нет, всё не так серьёзно. На самом деле в той или иной степени, но психологические проблемы есть у многих людей, — утешил его Клейн. — Пожалуйста, позвольте мне представиться снова. Я эксперт по психологии полиции округа Аува.
— Эксперт по психологии? — Дуэйвилл и его дворецкий уставились на инспектора Толле, с которым они были знакомы до этого.
Толле кивнул и подтвердил, что это правда.
— Хорошо, что вам нужно для лечения? Кроме того, я не понимаю, почему мой дворецкий, мои телохранители и мои слуги тоже слышат плач и стоны... — Дуэйвилл держал трость обеими руками, явно сбитый с толку.
Клейн ответил своим профессиональным тоном:
— Я объясню вам после того, как всё подтвердится. Пожалуйста, прикажите вашему дворецкому, слугам и телохранителям, чтобы они вышли. Инспектор Толле, сержант Гейт, тоже, пожалуйста, выйдете. Мне нужна спокойная обстановка, чтобы начать лечение.
Дуэйвилл ненадолго задумался, после чего сказал:
— Каллен, отведи их в гостиную на втором этаже.
— Да, сэр. — Дворецкий не стал возражать. Собеседник всё-таки был сотрудником полиции, инспектором-стажёром и экспертом по психологии. Хочешь не хочешь, к таким людям нужно прислушиваться.
Посмотрев, как они один за другим выходят из комнаты и закрывают за собой дверь, Клейн перевёл взгляд на Дуэйвилла, у которого были светлые волосы и голубые глаза, и сказал:
— Сэр, пожалуйста, ложитесь на кровать. Расслабьтесь и постарайтесь заснуть.
— ...Хорошо. — Сэр Дуэйвилл повесил пальто и шляпу на вешалку для одежды, а затем медленно подошёл к краю кровати и лёг.
Клейн задёрнул все шторы, погрузив комнату в полную темноту.
Он снял свою подвеску и быстро использовал духовный маятник, чтобы определить любые опасности. Затем он сел на кресло-качалку у края кровати, представил сферы света и вошёл в когитацию. Духовный мир проявился перед его глазами.
