— Вон там, — авантюрист указал на нос корабля, — его слизь. Час или два назад он пытался взобраться на борт и атаковать пассажиров, но на палубе было слишком много людей, по ней постоянно сновали матросы.
Клейн подошёл ближе и увидел зеленоватые потёки на борту корабля.
Клейн вспомнил то, о чём читал в Тингене, но увиденное, полностью соответствовало написанному.
— А почему вы думаете, что мурлок один, а не большая стая? — Клейну стало очень любопытно.
Он вспомнил, что мурлоки жили небольшими группами.
— Если бы это была группа, они бы пробили борт и позволили кораблю затонуть. Более того, эту часть канала и окружающее море зачистили от мурлоков. Церковь Повелителя Штормов очень любит на них охотиться, — авантюрист был предельно серьёзен.
Скорее всего, потому, что мурлок — основной ингредиент зелья Последовательности 9. Положив руку на револьвер в своём кармане, Клейн улыбнулся:
— Ты уверен?
Авантюрист ничего ему не ответил. Вместо этого он открыл бумажный пакет, внутри которого были части свиной туши и её же внутренности, ещё сочившиеся свежей кровью. Эта и была та кровь, которую унюхал Клейн.
— Мурлоки любят подобное и не способны устоять перед этим. Конечно, больше всего они любят человечину, внутренности. Как гласят легенды, лучше всего подготовить говяжьи ли свиные внутренности с корабельной кухни, но подойдут и консервы, — авантюрист чем-то посыпал мясо, — перец вызывает у мурлоков реакцию, сравнимую с затяжкой марихуаны, от этого они могут потерять равновесие. Эффект длится около минуты, потом мурлок станет вялым от охватившей его усталости.
Затем авантюрист достал из кармана коробочку. Внутри оказалась зеленоватая паста, которой он и намазал трезубец, кинжал и нож.
— Мятный крем — популярен в Притце. Для людей это сладость, а вот для мурлока — смертельный яд. Я взял у матросов пару винтовок. Мы договорились, что они двадцать минут сюда не заходят. За это пришлось отдать неплохие деньги. Но, если я смогу убить мурлока, можно будет выручить в десять, двадцать или даже в тридцать раз больше.
Как и ожидалось от опытного авантюриста, он прекрасно осведомлён о слабостях своих жертв. Слушая его, понимаешь, что они могут достигнуть успеха, будучи простыми людьми… Низшие Потусторонние бессильны перед засадой и огнестрельным оружием, так же как и люди… Низшие Потусторонние с такой же лёгкостью гибнут в противостоянии банд. Но мурлоки обладают природным доспехом. Их не так-то легко убить. Их можно ранить, но не запретить сбежать… Клейн полюбопытствовал:
— Кажется, ты убил много мурлоков?
— Понимание слабостей морских монстров, обязательно требование для выживания, — в голосе не было радости от похвалы, только спокойствие.
Донна и Дентон спрятались в тени и прислушивались к разговору, для них не было ничего более захватывающего.
Да, мне тоже следовало бы освежить свои знания…
— Вот оно как? Я вам не помешал? — Клейн улыбнулся.
— Если хочешь поучаствовать, позаботься о Донне и Дентоне, тогда Сесиль не будет отвлекаться, — авантюрист достал свиные внутренности и насадил их на длинную палку.
— Хорошо, — Клейн, которого полностью устраивало наблюдать со стороны, улыбнулся.
В небе висела алая луна. Под её неярким светом, Клейн подошёл к детям и устроился рядом с ними. Сесиль, товарищ авантюриста, облегчённо вздохнула. Подняв винтовку с палубы, она, пригнувшись, отошла на десяток шагов от свиных внутренностей.
— Дядя, начинается? — озорная конопатая девчушка, Донна, внезапно, занервничала. Но на её лице отражались только любопытство и радостное предвкушение.
Клейн прижал указательный палец к губам, явно показывая, что стоит вести себя тише. В такие моменты, он не мог не поблагодарить Розеля. Из-за усилий предшественника, в обиход северного континента вошли привычные Клейну жесты, и поэтому все его понимали.
Поговаривают, что в начале Пятой Эпохи подобный жест считался в Лоэне большим оскорблением. А в некоторых областях южного континента обозначал — «поцелуй меня»… Клейн немного отвлёкся.
Донна и Дентон не посмели ничего на это сказать. Они притаились в тени, с огромным вниманием наблюдая, как авантюрист приготовился к бою. Он выдвинул за борт своё удилище и привязанные к верёвке свиные внутренности рухнули во власть волн.
Наживка вошла в воду.
Спокойно разбросав оставшееся и приподняв трезубец, авантюрист шаг шагом отступал так, чтобы скрыться в стороне от Сесиль. Они остановились, разойдясь от борта примерно на 60 градусов от того места, где осталось удилище.
Отложив трезубец и остальное своё оружие, авантюрист приподнял винтовку и начал целиться. Палуба полностью погрузилась в звенящую тишину, а единственными звуками её нарушающими были плеск волн и гудение парового двигателя.
