— В этой записной книге не только рассказ из первых рук о том историческом периоде, важный для исследования, но и некоторые странности. У рыцаря весьма необычная манера строить предложения. Она может стать для нас ключом в точном установлении его личности.
Одри каким-то внутренним чутьëм поняла, что эта записная книга и есть её цель. Потому наклонилась чуть поближе. И вправду, по обложке шли неясные узоры и вместе образовывали абстрактную картинку в виде дракона.
— Судя по тону голоса Мишеля и его мелким движениям, интерес его сосредоточен на содержании, а не на самой вещице. Он не особенно ею дорожит... Так что высоки мои шансы её приобрести... – Спокойно рассудила Одри, повернула голову. Потом улыбнулась Мишелю и спросила:
— Что же это за необычная манера?
— Любит короткие предложения – очень простые, отрывистые...– С некоторым презрением отозвался Мишель.
Одри всегда была хорошей слушательницей. Она смотрела на Мишеля с улыбкой и сосредоточенно внимала ему. Оттого Мишель становился словоохотливее.
Слушая, она вдруг почувствовала, что такая манера строить предложения, как у рыцаря, ей откуда-то знакома.
— Что же это... – Взгляд Одри легонько метнулся туда-сюда, и она припомнила, где встречала подобное.
Та манера шла из драконского языка, который Одри прилежно освоила!
— Рыцарь, который знает драконский язык и даже писал на нём в столь непростой период своей жизни... Неудивительно, что Психологические Алхимики желают добыть эту книгу... – Догадывалась Одри, и мысли её перестали разбредаться. Она с радостью и серьёзностью обсуждала с Мишелем загадку, заданную такой вот языковой манерой.
Вскоре обсуждать записную книгу закончили, Мишель начал показывать другие предметы.
Длилось время, экскурсия понемногу подошла к концу. Одри собиралась высказать своё предложение о покупке книги на следующей встрече, чтобы цель была не так очевидна. Но в дружеской атмосфере, в непринуждённой, естественной беседе отчётливо почувствовала, что вот он, шанс. И потому силами артефакта Одри сделала так, что её щёки раскраснелись.
— Мистер Дьют, этот шлем сауронского королевского рода, сделанный в Войну Белой Розы – память моих предков. Простите мне мою наглость, но можно ли мне купить его у вас? И эту записную книгу времён Двадцатилетней войны тоже. Меня очень впечатлила история этого рыцаря, стоявшего до последнего на острове Соня, и его книгу мне тоже хочется приобрести. Знаю, просьба не слишком вежливая, но я бы хотела, чтобы вы поняли мои чувства. Разумеется, вы имеете право отказать.
Её глаза забегали, она нарочито озиралась резко по сторонам, отчасти намеренно, отчасти искренне выражая свою неуверенность и смущение.
Мишель невольно отвёл взгляд и проговорил медленно, хрипло:
— Я коллекционер. Коллекцию свою не продаю.
— Не слишком-то твердым тоном сказал, да и слова выдают... По данным, что я когда-то собрала, он джентльмен, весьма дорожащий своей репутацией. И за наличные покупать его коллекцию, наверное, неприемлемо... Психологические Алхимики выбрали именно меня, а не кого-нибудь, для выполнения этого задания, потому что, во-первых, я умею выигрывать очки, а во-вторых, возможно, тут важна точка зрения доцента на такие вещи... Нужно мне подойти иначе, – накануне визита Одри уже тщательно отобрала разные способы проверки по тем полученным данным. И теперь, немного поразмыслив, она сменила тему.
— Мистер Дьют, я слышала, вы обращались к Стоэнскому Университету с просьбой построить археологический исследовательский центр?
— Да, в последние несколько лет это моя цель, – посмотрев на Одри, ответил Мишель честно.
Одри едва заметно улыбнулась и сказала:
— Мне очень интересны исследования в этой области. И я испытываю к вам глубокое уважение, надеюсь лицезреть осуществление вашей мечты.
Ну, так вот, я собираюсь пожертвовать тысячу фунтов, участок земли в две тысячи аров неподалёку отсюда и поместье, дающее довольно неплохой доход, вашему факультету в Стоэнском Университете. Я надеюсь основать некоммерческий фонд базовых исследований и сохранения реликвий. Знаю, это сущая мелочь, но я привлеку своих знакомых леди и джентльменов, чтобы оказали поддержку и внесли какие-нибудь вклады.
Мистер Дьют, по моему мнению, вы самый профессиональный собиратель и исследователь древностей из тех, кого я знаю. Не хотели бы вы стать руководителем этого некоммерческого фонда?
— Две тысячи аров земли около университета. Это примерно шесть тысяч фунтов. Стало быть, вкупе с поместьем и наличными, мисс Одри дарит почти десять тысяч... С таким некоммерческим фондом исследований и сохранения весьма значительно уменьшатся те трудности, с которыми я столкнусь при одобрении грантов на исследования... – Мишель на какие-то мгновения замолчал, потом заулыбался. С торжественным видом кивнул и сказал:
